Виржини Гримальди - День, когда я начала жить

– Вау! И в чем это заключается? Ты пишешь рецепты?

– Редко. Я скорее поглотитель еды, чем ее создатель. Пишу критические статьи о ресторанах, беру интервью или веду расследования. Черт возьми, эта жареная картошка восхитительна.

– Да, я давно такой не ела. У тебя интересная работа!

– А я и не жалуюсь. Особенно когда я могу работать на балконе, выходящем на Тихий океан. Спасибо интернету!

Мари вдруг резко прервала беседу.

– О, ты знаешь, мне пришла в голову одна идея!

– Слушаю тебя, – произнес он, заинтригованный ее загадочным видом.

Лоик проводил Мари до ее каюты. Она уже забыла, как приятно встречаться с новыми людьми. И этот круиз напомнил ей об этом. Анна, Камилла, Лоик… Она открыла для себя их жизнь и поделилась своей. Перед каждым из них лежала чистая страница, они ничего не знали друг о друге. У них не было предвзятых мнений, навязших в зубах образов, никаких подводных камней. Этим вечером два человека, не обремененные предрассудками и предубеждениями, без всяких задних мыслей провели несколько часов вместе, рассказав свои истории. Это была просто дружеская встреча, и им было хорошо вместе.

Она вставила карту в прорезь двери и повернулась к Лоику.

– Встретимся завтра в восемь часов утра в холле?

– Я обязательно приду!

– Спасибо большое, очень любезно с твоей стороны.

– Мне будет приятно увидеться с тобой. Спасибо за сегодняшний вечер. Это было здорово.

– Мне тоже, я…

Мари застыла на половине фразы. Ее замечательная соседка открыла в этот момент дверь и схватила Лоика за руку, даже не посмотрев на нее.

– А, Лоик! Мне показалось, что я слышу твой голос. Надеюсь, ты шел ко мне? Заходи, нечего топтаться в коридоре.

Он не успел произнести ни слова, как оказался в каюте итальянки. Мари вошла к себе, удивляясь, что такой приятный человек может быть другом этой гарпии. А может, она почувствовала раздражение?

Было четверть девятого. Анна ходила кругами по холлу.

– Уверяю вас, он не придет. Я это чувствую, у меня нет в этом никаких сомнений. Его настоящее лицо – то, которое он продемонстрировал в первый день в автобусе.

Камилла ухмыльнулась.

– Ты слишком пристрастна и начинаешь мерить всех мужиков одной меркой.

– Он мне обещал, значит, он придет, – сказала Мари. – Во всяком случае, я на это надеюсь. Вчера вечером он был довольно убедителен.

– А вот и он! – произнесла Камилла, посмотрев в сторону лифта.

Лоик присоединился к ним. Он был в той же одежде, что и накануне, отметила Мари. Поприветствовав женщин взмахом руки, он даже не улыбнулся.

Камилла в нетерпении топталась на месте.

– Мы идем или нет? Я решила после этого поспать немного, у меня была утомительная ночь.

Директор круиза, сидя за письменным столом, наблюдал за вторжением в его кабинет. Он и глазом не моргнул, ему хорошо было известно, зачем они прибыли. Машинально он положил в рот карамельку.

Мари, улыбнувшись самой своей обворожительной улыбкой, взяла слово.

– Здравствуйте, господин директор. Извините нас за беспокойство, но мы хотели бы еще раз переговорить об этих двух пожилых людях, которых вы намерены репатриировать.

– Хорошо, – спокойно сказал он. – Что еще вы собрались мне сообщить?

– Вы изучили наше заявление?

Он погладил несуществующую бороду и шумно и глубоко вздохнул.

– Да, я все продумал. Как бы это ни было грустно для мадам и месье, речь идет о нашей репутации. Я не изменю своего мнения. В любом случае, пассажиры, о которых вы проявляете такую заботу, сейчас должны быть в аэропорту, их самолет отправляется через два часа. Уже слишком поздно. Простите, наша беседа окончена.

Кивком головы Мари подала знак Лоику; тот подошел к письменному столу и положил лист бумаги.

– Нам бы не хотелось доводить дело до этого, но вы не оставляете выбора.

Директор ознакомился с текстом и смял листок.

– Что вы хотите этим сказать?

Лоик протянул ему свою пресс-карту.

– Завтра эта статья появится в газете «Ouest France» , если вы не отмените своего решения.

Камилла разразилась хохотом.

– И тогда от вашей репутации не останется камня на камне!

Директор вынул конфету изо рта и положил ее на обертку.

– Это диффамация.

– Ничего подобного. Просто изложение фактов, – ответил Лоик без тени раздражения. – Я знаю, что вы разработали колоссальный медиаплан для продвижения этого проекта. Было бы жаль все испортить.

Анна скрестила руки на груди.