Наталья Галкина - Покровитель птиц

В нем контрастно сопоставлены различные интонационные пласты. Вступительная каденция насыщена декламационной мелодикой, очень свободно преломляющей речевые интонации. В главной партии первой части кларнет запевает чудесную лирическую песню.

В побочной партии медленной второй части творчески развита баховская линеарность и скрытая полифония. Свободные секвенции включаются в поток развития, в целом несеквентного, асимметричного, непрерывно текучего. А в стиле рыцарски гордой и прямодушной маршевой темы финала (побочная) есть нечто бетховенское.

Скрипичная партия на редкость экспрессивна, по-концертному выигрышна для солиста. Оркестровая ткань удивительно тактично оттеняет и поддерживает ее прозрачными, тематически вескими линиями, отрывистыми акцентами.

После смерти М. Ваймана Концерт Клюзнера, за единичным исключением [8] Он прозвучал на «Ленинградской весне» 1979 года (солировал О. Крыса) и был принят очень горячо. — Прим. автора. , не исполнялся. Выросло новое поколение ярко талантливых молодых скрипачей. Многим из них органически присуща тяга к открытой эмоциональности, романтической экспрессивности. Эти свойства высоко ценит наша аудитория. И Скрипичный концерт Клюзнера, по моему убеждению, сегодня прозвучит еще своевременнее, чем тридцать лет назад. Дело за нашей артистической молодежью!

А теперь мне хочется вернуться к некоторым чертам личности Клюзнера. «Не ищите причин того, о чем я всегда говорю, в свойствах моего собственного творчества», — не уставал повторять Борис Лазаревич, который был активнейшим участником проблемных дискуссий в Союзе композиторов. Одному весьма авторитетному музыканту он резко заявил: «Нельзя свою собственную композиторскую практику превращать во всеобщую систему творчества и требовать от других покорного следования этой догме». В искусстве коллег Клюзнер ценил и чутко распознавал индивидуальное, неповторимое, личное. Он по-доброму отзывался на самые разные проявления талантливости, художественной смелости. Ему всегда приятнее было горячо защищать новое произведение от несправедливых придирок, чем осаживать неумеренных апологетов того или иного новоявленного «гения». Обращаясь к В. Чистякову на творческом собрании, он как-то предостерег: «Учтите, у нас в Союзе умеют превознести до небес, но падать-то приходится одному…»

Борис Лазаревич сразу оценил таких подлинно талантливых и разных художников, начавших свой путь в 50-е и 60-е годы, как Родион Щедрин, Софья Губайдулина, Люциан Пригожин, Альфред Шнитке. Для него не было существенным, чьим учеником является яркий молодой композитор, обеспечен ли его «тыл» мощной протекцией. Пожалуй, для Бориса Лазаревича именно незащищенность музыканта была обстоятельством, взывающим к особой заботе [9] Кстати, Клюзнер успешно руководил одним из семинаров молодых композиторов в Иванове. — Прим. автора. . Напротив, чрезмерная самоуверенность иных молодых его настораживала.

<���…> Справедливость восторжествовала на московском творческом смотре 1973 года. Двойной концерт Клюзнера, исполнение которого ожидалось много лет и многократно отменялось, в трактовке М. Ваймана и Б. Гутникова прозвучал подлинным откровением, получил единодушно высокую горячую оценку [10] См.: «Советская музыка». 1973. №№ 9 и 10. — Прим. автора. . Но силы композитора были уже на исходе. 22 мая 1975 года его не стало.

Помню, еще в середине 50-х годов в беседе со мной В. Шебалин с необычной для него горячностью произнес: «У вас в Ленинграде ведь есть Клюзнер — композитор, по-моему, с большим талантом и очень принципиальный человек». Слова Виссариона Яковлевича дорогого стоят [11] Теплые, проникновенные слова нашли тогда и Н. Пейко и Р. Бунин в превосходной статье о Первой симфонии («Советская музыка». 1957. № 7). — Прим. автора. .

Сергей Слонимский

Имя Клюзнера обрело известность с конца 40-х годов, когда в Ленинграде под управлением Е. Мравинского, К. Зандерлинга, А. Янсонса были исполнены его увертюры, 1-я и 2-я симфонии. Концерт для скрипки с оркестром, Двойной концерт, Трио и другие произведения.

Д. Финко

После смерти М. Ваймана Скрипичный концерт исполнялся всего два или три раза, но всегда горячо принимался слушателями.

В последний раз он был исполнен в Петербургской филармонии 5 мая 2009 года к 100-летию Бориса Клюзнера.

Соло на скрипке потрясающе исполнила Анна Лаухина.