Ирма Грушевицкая - Вызов (дилогия)

— В своей жизни я не встречала более сумасшедшей парочки! — Хохоча, Фиби упала на кровать рядом с Майком. — Я уже люблю вас, и, насколько мне известно, большая часть нашей компании согласна вас удочерить. Или усыновить.

Майк сердито накрыл голову подушкой:

— Ливи, выруби нахрен телевизор.

— Просыпайся, дорого-о-ой, — пропела Фиби, протискиваясь сквозь нагромождение подушек, сбитых простыней и одеял поближе к Майклу. Проворчав что-то, явно ругательное, он высунулся наружу и попытался разлепить глаза.

— Ёлки! — испуганно вскрикнул Майк, не ожидая увидеть нависшее над ним улыбающееся во весь рот незнакомое личико. — Ты что за нахрен такое?

— Я твой ангел-хранитель, милый, — проворковала Фиби, протягивая ему банку пива.

Майк уставился на неё, перевёл взгляд на банку, потом снова вернулся глазами к Фиби. Для уверенности, что это не мираж, помахал перед собой рукой.

Наблюдая за этой картиной, я буквально рыдала от смеха, что в сочетании с головной болью было жестоко.

В конце концов, инстинкты взяли своё: Майк схватил протянутую ему банку, ловко вскрыл её и жадно припал к содержимому.

Осушив банку одним глотком, он с восхищением посмотрел на улыбающуюся девушку:

— И правда — ангел! — Майк рыгнул и, стыдливо прикрыв рот рукой, добавил: — Извиняюсь!

— Ничего, милый. Ты бы видел, как сейчас выглядит Саймон!

На секунду в глазах мужа отобразился мысленный процесс: он силился вспомнить, кто такой Саймон.

— Эй, это мне, — потянулся Майкл, когда я взяла из рук Фиби вторую банку.

— Обойдешься, радость моя. Давай, пока ты снова не отключился, узнаем, что от нас хочет этот дьяволёнок.

— Вы же меня вроде как в ангелы записали.

— Да, — Майк дёрнулся вперёд и сгрёб визжащую девушку в охапку. — Ты мой персональный ангел. Проси чего угодно!

— Я вообще-то за вами приехала, — хохотала Фиби, отбиваясь от широченных лап моего мужа. — Собирайтесь!

— Куда?

— Как куда? На пикник! Вчера же обо всём договорились. Рон ждёт внизу в машине. Мы с ним оказались самыми трезвыми, нас делегировали к вам.

— Мы сейчас не в состоянии никуда ехать. Сама же видишь, — махнула я рукой на Майка.

— Ну его состояние у меня опасения не вызывает, — Фиби широко улыбнулась и протянула довольному Майклу вторую банку пива. — Грузим так. Только, пожалуйста, исключительно в этих трусах. Очень хочется мне ребят порадовать, не поверят же!

Майкл смутился и попытался натянуть на себя простынь. Хихикающая Фиби не давала ему это сделать, придерживая её. Будучи свежей и хорошо отдохнувшей, в этом сражении крошечная девчушка имела видимый перевес.

— А вот ты, моя дорогая, явно нуждаешься в помощи, — заметила она. — Так что, для начала — шагом марш в ванну!

— Обычно это моя реплика, — проворчала я, но, тем не менее, послушалась.

Скинув халат прямо на пол в ванной, я зашла в душевую кабинку. Прохладные струи били вдоль тела, вызывая приятное покалывание. Я сделала воду ещё холоднее и подставила под них голову. Практически сразу тупая боль в висках начала отступать. Ощущение тяжести сменилось расслабленностью. Я постояла так несколько минут. Вода струилась, смывая ночную усталость и утреннее похмелье. Яблочный аромат любимого шампуня всегда действовал на меня бодряще, через рецепторы обоняния растекаясь по венам целительной свежестью.

Я выдавила ещё немного геля с тем же ароматом на мочалку и вымылась полностью. Слава Богу, перед отъездом Ким уговорила меня сделать полную эпиляцию тела, и теперь не было нужды ежедневно прыгать со станком. А в подобном состоянии «плохостояния» это ещё и небезопасно. По правде говоря, процедура была ужасно болезненной: хохот Ким через пару пассов рук косметолога над моим телом сменился сочувствующими охами. Но, принимая во внимание мою нелюбовь к ежедневному бритью ног, не говоря уж о прочем, оно того стоило: Ким развела меня даже на полную эпиляцию бикини, чего я ей никогда не прощу. Майк же, увидев результат, чуть ли не визжал от восторга, пообещав Ким до конца жизни бесплатно ремонтировать её «хонду».

Я вышла из душа и едва подпрыгнула от испуга, увидев в зеркале отражение Фиби.

— Ёлки, что тут делаешь? Я чуть не обделалась.

— С облегчением.

— Спасибо, — засмеялась я, и минут пять мы не могли прекратить хохотать. Всё было так же, как вчера в баре — легко, непринуждённо, словно мы знакомы сто лет.

— И всё-таки?

— Помогаю тебе собраться.

— Да я уж как-нибудь сама.