Карен Уайт - Музыка ветра

– Большая белая цапля, – пояснил мне Гиббс. – Обычно птенцы у них вылупляются на свет где-то в июне. Значит, здесь поблизости есть гнездо. Вот вернемся через месяц сюда, и вы сами услышите, как пищат малыши, требуя пищи. Они издают очень смешные звуки, похожие на крики «Мне! Мне! Мне!».

– Не может быть! – воскликнул Оуэн, запрокидывая голову назад в тот самый момент, когда гигантская птица расправила крылья и взмыла ввысь, пролетев над нами так низко, что стало слышно, как трепещут в воздухе ее перья, похожие на тончайшие струйки дыма. Само воплощение элегантности и царственного величия. Нет, все же ни один рукотворный летательный аппарат никогда не сравнится по своей красоте и изяществу с полетом птицы.

– Точно, точно! – поддержала Гиббса Марис. – Я сама слышала. Вот приедем сюда с тобой в следующий раз и послушаем вместе.

– Хорошо! – неуверенным голосом пробормотал Оуэн. Я увидела, что у него даже уши мгновенно стали пунцовыми, явно уж не от солнца. Мы встретились глазами с Лорелеей и обменялись понимающими улыбками, но тут я вовремя вспомнила, что это за женщина, Лорелея, насупилась и отвела глаза в сторону.

Гиббс причалил к берегу, и все мы кое-как выбрались на сушу, обойдясь без потерь. Гиббс подал руку мне, и я, крепко ухватившись за нее и стараясь не смотреть вниз на узкую полоску воды, отделявшую причал от лодки, распрямила ноги и перепрыгнула разверзшуюся подо мной пропасть, едва сдерживаясь от того, чтобы не издать победный клич, когда мои ноги опустились на деревянный помост дока.

– Миссис Хейвард! Взгляните! И у меня тоже такой есть!

Я повернулась к Марис, которая закатала вверх одну штанину и продемонстрировала мне внушительный шрам на коленке. Я глянула на свою ногу, туда, где заканчивались шорты и где виднелся длинный, не менее шести дюймов, рубец. С каждым годом он становился светлее и светлее, уходит краснота, разглаживается кожа, но все же он никогда не исчезнет полностью. Как ни странно, я была этому только рада. Потому что есть такие проступки, для которых недостаточно кратковременного наказания.

– Я неловко спрыгнула с лошади и упала. А откуда шрам у вас?

Невинный вопрос маленькой девочки. Конечно же, она не имела в виду ничего такого. И обидеть меня не хотела. А потому я не должна злиться на нее. Но я почему-то разозлилась, и внезапно к тому же. Потому что вопрос Марис напомнил мне о том, почему я так панически боюсь воды и почему так упорно сопротивлялась, не желая участвовать в этой прогулке. Злость накрыла меня с головой, отодвинув куда-то в сторону все те прекрасные впечатления, которые оставило у меня наше путешествие по воде.

Марис продолжала внимательно разглядывать меня сквозь голубые солнцезащитные очки. Я постаралась взять себя в руки и ответить спокойно.

– Это был несчастный случай. Мне было двенадцать лет. Словом, все случилось очень давно.

Я ощутила взгляд Гиббса, но сделала вид, что не замечаю его, всецело сосредоточив свое внимание на распутывании пряжек и застежек своего спасательного жилета. А потом стала помогать детям разобраться уже с их жилетами. Гиббс и Лорелея направились в дом, чтобы забрать из кухни корзинку с провизией для нашего пикника.

Когда Лорелея расстелила веселенькую скатерть в красно-белую клетку прямо на деревянных досках помоста и возле самой воды, я уже была почти готова потребовать обратно свой спасательный жилет. Зато все остальные отнеслись к такому выбору места как к чему-то само собой разумеющемуся, поэтому и мне пришлось держать рот на замке. Правда, мысленно я все же прикинула вероятность того, что из зарослей на нас вполне может прыгнуть крокодил, но тоже промолчала, не став пугать (или смешить) остальных.

Все начали помогать Лорелее распаковывать корзину. Доставали порции, аккуратно замотанные в пластик, и выкладывали прямо на скатерть. Я занялась тем, что стала снимать пленку с продуктов, а потом и крышки с банок и бутылок, как вдруг Лорелею снова повело в сторону и она едва не рухнула на меня. Поскольку мы обе сидели на корточках, то я не потеряла равновесие и смогла вовремя подхватить ее. Несмотря на макияж, лицо Лорелеи стало белым как мел, а кожа покрылась испариной.

– С вами все в порядке? – спросила я у нее, понимая, что если бы меня не было рядом, то она наверняка рухнула бы в воду.

К нам быстро подскочил Гиббс, взял ее за руку и стал считать пульс. Мы все молча наблюдали за этой сценой.

– Думаю, ей лучше всего побыть сейчас где-нибудь в тенечке. Отведу ее в дом. Там попрохладнее, дам воды, а потом уложу на диван. Пусть полежит немного.