Александра Миронова - Я вернусь

Но едва она сделала несколько глотков чая, как входная дверь хлопнула и раздались мужские голоса. Нина сорвалась с места, выскользнула в широкий коридор и ахнула при виде сына – новенькая футболка, которую она купила Валере перед отъездом, была разорвана, а джинсы перемазаны в грязи. На руке сына красовалась огромная кровавая ссадина, а на лбу уже наливался синяк.

– Что случилось? Ты что, упал с лошади? – всплеснула руками Нина, бросаясь к сыну и ощупывая ссадину. – Это нужно немедленно промыть и дезинфицировать!

Валера открыл было рот, чтобы ответить матери, но, поймав красноречивый взгляд Дугласа, лишь пробурчал:

– Ничего страшного, ма, заживет!

– Как это ничего страшного, надо же обработать раны, так можно и столбняк заработать! Ты ничего себе не сломал? А вдруг трещина? – захлопотала Нина и обратилась к Дугласу: – Где у тебя аптечка?

– Что? – буркнул тот в ответ.

– Валера, переведи! – попросила Нина, но сын демонстративно прошел мимо нее.

– Не буду, все в порядке.

Нина перевела непонимающий взгляд с одного на другого и решительным шагом направилась к своей сумочке, в которой лежал небольшой словарик. Найдя необходимое слово, она сунула его под нос Дугласу и попыталась вспомнить международные слова:

– Медикаменты, госпиталь, хелп, – с отчаяние повторила она, пытаясь достучаться до Дугласа. Как же сложно все-таки, не зная языка! Ей срочно надо начинать учить английский.

– Ничего страшного, – махнул рукой Дуглас и уселся на лавку. – Я голоден.

– Голоден он, – пояснил Валера. – А со мной, говорит, ничего страшного, не суетись.

– Вы что, поссорились? – Нина непонимающе уставилась на Валеру, тот ничего не ответил и демонстративно уставился в окно.

Взгляды Дугласа на воспитание детей сильно отличались от тех, что проповедовала мать. Она пыталась привить сыну вежливость, уважение к другим людям и к себе самому, поэтому Валера не промолчал, когда Дуглас обозвал его косоруким дебилом и идиотом за то, что тот не сразу смог сесть в седло и удержаться на лошади. Разгорелась ссора, старик психанул и прекратил обучение. Чему Валера был рад.

– Я хочу есть, – снова настойчиво повторил Дуглас, и Нине удалось вычленить слово «голоден».

– Сейчас-сейчас, – засуетилась она и начала накрывать на стол. Поставила глубокие тарелки, которые тоже отыскала в кладовке, и налила суп Дугласу.

– Что это? – Тот непонимающе уставился в тарелку.

– Вот морду скривил, – вдруг фыркнул Валера, и Нина бросила на него убийственный взгляд.

– Что ты сказал? – Дуглас принялся буравить парня взглядом.

– Это суп, – процедил тот, и хозяин дома отодвинул от себя тарелку.

– Я не ем суп.

– Он такое не ест, – ухмыльнувшись, перевел Валерий растерянной матери.

– А что он ест на первое? – не поняла та.

– Я вообще не ем супы, – нетерпеливо пояснил Дуглас.

– Ну хорошо, дорогой, – растерянно кивнула Нина и пододвинула тарелку сыну: – Ты хотя бы поешь.

Тот молча принялся за еду, а Нина поставила перед женихом пюре с котлетами. На этот раз она поняла, когда Дуглас снова спросил, «что это», но ответить не смогла. А тот добавил еще какую-то фразу.

– Он спрашивает, где ты взяла мясо, – пробурчал Валера с набитым ртом.

– Не разговаривай, когда ешь! – тут же включилась Нина, а затем ответила на вопрос: – В одном из холодильников, которые он показывал, – Нина махнула рукой в сторону гиганта, забитого под завязку мясом.

Дуглас резко отставил от себя тарелку и что-то пробормотал. Неожиданно, вместо того, чтобы перевести его фразу, Валера резко ответил. Нина недоумевающе переводила взгляд с одного на другого, не понимая, что происходит, и злясь на саму себя.

Обмен фразами становился все более жарким и закончился тем, что Валера вскочил на ноги и повысил голос.

– Что происходит? – осмелилась вмешаться Нина.

– Он говорит, что то мясо нельзя трогать, оно для продажи, а еще ему не нравится то, что ты приготовила, он такое не ест. Я сказал, что тогда может готовить себе сам.

– Валера! – воскликнула потрясенная Нина. Чувства были двоякие – с одной стороны, страх, что расстроила Дугласа и он выставит их вон с этой чудесной фермы, а с другой – теплота и любовь, ведь мальчик вступился за нее! Защитник вырос.

Дуглас резко отставил стул, встал, достал из кармана мобильный телефон и принялся что-то яростно печатать. Нина и Валера молча наблюдали за ним. Спустя пару минут Дуглас сунул Нине под нос экран: