Джерри Спинелли - Stargirl. Звездная девочка

Занимаясь своими делами, я чувствовал, как она занимается своими. Я ощущал ее движение, ее присутствие в отдаленных уголках здания. Когда мы шли по коридорам между занятиями, мне не обязательно было видеть ее, я знал, что она здесь: вот она передвигается в толпе, направляется в мою сторону и поворачивает за угол в пяти кабинетах от меня. Я ориентировался на ее улыбку, словно на маяк. Когда мы приближались друг к другу, шум и гул голосов вокруг нас растворялись, и мы оказывались совсем одни. Проходили мимо друг друга, улыбались, обменивались взглядами; полы и стены между нами исчезали, и мы становились двумя людьми во вселенной, полной пространства и звезд.

А затем, в один прекрасный день, я вдруг начал осознавать, что мы гораздо более одиноки, чем я себе представлял.

Это случилось в четверг. Обычно в этот день после третьей перемены мы со Старгерл проходили мимо друг друга по второму этажу возле учительской. Мы улыбались друг другу, говорили «Привет!» и продолжали свой путь к разным классам. На этот раз мне захотелось пройтись с ней вместе.

– Как насчет компании? – спросил я.

– Кто-нибудь есть на уме? – озорно ухмыльнулась она.

Мы дотронулись друг до друга пальцами и пошли дальше. Ее следующий урок был на первом этаже, так что мы стали спускаться по ближайшей лестнице, бок о бок. Тут-то я и заметил.

Никто не заговаривал с нами.

Никто не кивал нам.

Никто не улыбался нам.

Никто не смотрел на нас.

Такая тесная лестница, так много народа, и никто не задевает нас ни плечом, ни рукой.

Поднимавшиеся по ступенькам ученики прижимались к стене или к перилам. Кроме обычной болтовни Старгерл я не слышал никакого гула голосов.

Но самое заметное – это были глаза. Лица поворачивались в нашу сторону, но никто не встречался с нами взглядом. Взгляды проходили сквозь нас, как будто это были гамма-лучи. Или отскакивали от нас, отражаясь на стены. Мне захотелось оглядеть себя, чтобы убедиться, что я на месте.

За обедом я сказал Кевину:

– Никто не смотрит на меня.

Он внимательно рассматривал свой сэндвич.

– Кевин! – взорвался я. – Ты тоже так делаешь!

Он рассмеялся и посмотрел мне прямо в глаза.

– Извини.

Обычно за нашим столиком сидел кто-нибудь еще. Сегодня же мы были только вдвоем. Я наклонился над подносом.

– Кевин, что происходит?

Он взглянул в сторону, затем снова на меня.

– Думал, когда же ты заметишь. Надеялся даже, что этого не случится.

– Замечу что ?

Он откусил от сэндвича с тунцом и некоторое время жевал, растягивая время. Попил апельсинового сока через соломинку.

– Ну, во-первых, дело не в тебе.

Я откинулся на спинку стула и вытянул руки.

– Хорошо, не во мне. И что же это значит?

– Дело в том, с кем ты.

Я сидел, моргая и разглядывая его.

– В Старгерл?

Он кивнул.

– Ну ладно. И что с того?

Он поразглядывал меня еще некоторое время, дожевал, проглотил, запил, отвернулся, снова посмотрел.

– Они не разговаривают с ней.

Его слова показались мне бессмысленными.

– Что значит «не разговаривают»? Кто «они»?

Он кивнул на другие столы, за которыми сидели обедающие ученики.

– Они.

– Кто они? – повторил я, не замечая, как глупо это звучит.

Он провел языком по губам.

– Все, – пожал он плечами. – Ну, почти все.

Он перевел взгляд мне за плечо.

– Две девочки еще сидят с ней.

Я оглянулся. В период наибольшей популярности за столиком Старгерл не хватало места, и приходилось пододвигать дополнительные стулья. Теперь за ним сидели только Старгерл, Дори Дилсон и какая-то девятиклассница.

– Итак, что именно происходит? – спросил я.

Кевин поцедил сок через соломинку.

– С ней никто не разговаривает в наказание.

Я до сих пор не понимал.

– Что значит «в наказание»? Что, все типа собрались в спортивном зале и проголосовали?

– Ну, не так официально, конечно. Просто само собой получилось. Пришло всем в голову.

Я открывал и закрывал рот.

– Когда? Когда это началось? Как? Почему? – я едва не перешел на крик.

– Точно не знаю. После тех баскетбольных дел, вроде бы. Уж слишком много человек она рассердила.

– Баскетбольных дел?

Он кивнул.

– Баскетбольных дел, – повторил я тупо.

Кевин отложил сэндвич.

– Лео, не делай вид, будто не понимаешь, о чем я. Она подбадривала команду соперников. Думаешь, всем показалось это милым ?

– Так уж она себя ведет. В этом нет ничего плохого и вредного. Да, странно, но безвредно. Так она устроена.