Елена Блонди - Ателье [СИ]

— Он хороший, — сказала мечтательно, — знаешь, мне свидание назначил. Завтра. В…

— Макдональдсе, — мрачно закончила Даша.

— О! Он и тебе что ли?

— Нет-нет, клянусь! Я так.

— А вы уже девочек набрали себе на показ?

— Не знаю. Кажется, нет.

— Возьмите меня, — Ирена вытянула длинные ноги, провела рукой по впалому животу, — я сейчас в форме. И Дику возьмите.

— Я скажу Гале. И если Эллочка не против. Элла…

— Да знаю я Элку. Мы с ней вместе в школу модельную ходили. Только она замуж хорошо выскочила, повезло.

Серега подбежал, хлопая в ладоши, закричал над ухом:

— Ирочка, давай, котичек, время, время!

Ирена встала, поддевая тонкими пальцами, аккуратно расправила широкие кружевные резинки на блестящих чулках и, томно поглядывая вокруг расфокусированными глазами, пошла работать.

Девочки на показ… А ведь действительно нужны модели к апрелю. Хоть и маленькие коллекции — пять вещей Галкиных и пять Дашиных, но кто-то должен в них выйти на подиум. Главное, чтоб Эллочка и тут не встряла со своими мозговыми штурмами и психологическими тренингами.

Данила, принеся сигареты, уселся рядом с Дашей и протянул ей телефон.

— Тебе звонили.

Даша посмотрела на незнакомый номер. И нажала кнопку, прикладывая телефон к уху.

— Эй, русалка! Ты там как? Все в порядке?

— Это кто? Алло?

— Петр. Это Петр, — и помолчав, голос уточнил, — который ключник.

Даша вспомнила пустое метро с редко гудящими поездами и тройку ребят, стреляющих ништяки у хмельных праздничных пассажиров. Засмеялась, неожиданно сильно обрадовавшись:

— Петр! Как хорошо, что позвонил! Все нормально у меня. Я… ой, столько всего потом еще было. А вы как? Убежали, не попались? Как Алина?

— Все класс. Чо, впервой что ли. Она и пристала, позвони, говорит, как там кот. Ну и про тебя тоже.

Даша нашла глазами Патрисия. Он восседал на руках тонкой девочки Дики, большую башку держал высоко, спину прямо — был преисполнен. И не отворачивался, когда Серега направлял на него свет, снимая.

— Кот прекрасно. Он тут звезда. Теперь все, кто в фотостудии снимаются, обязательно просят, чтоб портрет с котом. Данила, это фотограф тут (она протянула руку и погладила сидящего рядом Данилу по плечу), он отдельно кресло поставил, деревянное резное, в парче. И теперь это называется «парадный портрет с Патрисием».

— Жжете.

Возникла пауза. Даше хотелось пригласить ребят в студию, поболтать. Но все же не дом, не ей распоряжаться кухней и спаленкой. И она стала быстро подыскивать тему для разговора. Но Петр сказал дальше:

— Я по делу. Как раз про Алину. У нее день рождения. Ну, в общем, подарок бы ей. Посоветуешь, а?

— Хм. А с чего ты решил, ко мне? — удивилась Даша, припоминая подробности короткой встречи. Вроде, не хвасталась, где работает и что делает.

Петр засопел в трубку. И ответил:

— Ты… такая была. Ну, как надо. Женщина. Платье. Меха всякие. А она вечно в черных штанах и в пирсингах, надоело. Ты не бойся, я заплачу, куплю сам, то есть. Если не сильно дорого. Ты б со мной в какой магазин, а то чо я один выберу?

— В шопинг-гиды сватаешь! Круто!

— Чего?

Даша засмеялась, умиляясь.

— Шучу. Приезжай на Преображенку, послезавтра. Я в бутик тканей поеду, потаскаешь мне сумку. И посмотрим подарок. Годится?

— Отлично! Ну, ладно, давай…

— Стой. Петр, а друг твой, как его. Ярик. Он тоже дарит что-то?

Петр помолчал. А потом сказал уныло:

— Он ей штангу новую купил.

— Э-э… она спортом занимается?

— В язык. Говорит, что в язык, — Петр засопел и уточнил, — а на самом деле, вдруг, ну ты понимаешь, куда…

Даша покивала, соображая.

— Да. Тогда надо что-то делать. Приезжай.

Отключив телефон, положила его на пол рядом с Данилой, который валялся на пледе, задремав под щелканье ламп и затворов. И снова вспомнила сумасшедшую новогоднюю ночь. Вся в своем горе не думала тогда, как выглядит со стороны. Интересно узнавать, что ты остаешься в чьей-то памяти. Будто ты — вовсе другой человек. Как прозрачный слепок с нее, Даши, который виден мальчишке Петру и не виден ей самой.

В студии гасли лампы. В кухне тихо переговаривались уставшие девочки, захохотал Серега, гремя чашками. По темному потолку бежали и бежали отсветы автомобильных огней. Даша устроилась под боком Данилы и, положив голову на мерно поднимающуюся грудь, стала смотреть сквозь ресницы на темный просторный воздух, пронизанный неясными бликами и тенями от засыпающих предметов. Что-то сегодня еще случилось. Хорошее. Ах да, ее портрет во всю стену. Так странно. И так хорошо.