Елена Блонди - Дискотека. Книга 2 [СИ]

Ленка нагнулась, а Кинг поспешно вытянулся, бросая на покрывало руки и закрывая глаза. Упала на них тень — Димон пришел за бутылкой и шевелясь где-то сбоку, Ленка старалась не смотреть на него, выложил нарезанные бутерброды.

— Баш на баш, от нашего стола вашему, — и ушел, прижимая бутылку к боку.

И все оказалось намного лучше, чем думалось Ленке. Никто никому не мешал, нагреваясь, уходили купаться, разок девочки выкупались вдвоем, а в другой раз Кинг утащил Ленку на дальний меляк и там заставил снять плавки, намотал их себе на запястье, и вместе, голые, долго плавали и ныряли, смеясь, пока не нахлебались воды. А после Сережа послушно ждал, чтоб Ленка натянула свои маленькие мокрые, чисто символические плавочки — выйти в них из воды и снова устроиться на своем углу бескрайнего покрывала. Белое легкое вино покачивало горизонт, ребята не пили вовсе, и Кинг время от времени хохотал, когда Ленка, кося глазами, подозрительно следила за тем, куда встает и что собрался делать. И он, к ее радости и горячей благодарности, не делал ничего, что могло испортить поездку. Даже на авансы Ниночки не отвечал, отделываясь шуточками, не обидными, но очень ясными — отшивал, заодно объясняя, почему отшивает. Вот моя женщина, было прописано в каждой шуточке, она со мной, а я с ней.

Обратно ехали уставшие от морской воды и солнца, Кинг переместился на заднее сиденье, и пока Ниночка вертелась на переднем, поправляя длинные волосы и болтая с Димоном, сидел, уложив Ленку головой на свои колени, вернее, ухом на ладонь, защищая от внезапной тряски, а другой рукой придерживал ее плечо. Лоскутная курточка укрывала короткий подол сарафана и Ленка, прикрыв глаза, почти дремала, иногда приподнималась, посмотреть, где едут. Но Кинг укладывал ее снова.

— Лежи. Не завезем, не обманем.

— Мне к Рыбке, там, ну на углу.

— Ясно.

— Я оттуда сама.

Над ее головой Кинг что-то говорил Димону, или Ниночке, потому что та в ответ смеялась, и Ленка думала, качаясь, может, это она звонила Кингу? Хотя он рявкнул — завтра. А Ниночка вот она — сегодня. Хотя мало ли насчет чего, может, «завтра» — это значит, у них завтра свидание.

Еще она думала, что же чувствует от своих догадок, даже не совсем догадок, ведь ему точно звонила какая-то. И радуясь, что не ревнует, снова закрывала глаза. Ехать, куда везут, позволяя широкой ладони придерживать голову, а другой руке поправлять уползающую с бедра куртку, было приятно. Очень приятно. Он такой сильный. И так правильно поступает, во всех этих мелочах, таких понятных женщинам, даже когда они совсем еще девочки. А парни вечно в них прокалываются, хотя мелочи такие простые. Ленка секретно улыбнулась, поерзав на коленях, чтоб лечь удобнее, обхватила Кинга рукой и зацепила палец под кожаный ремень джинсов. Глупые, совсем глупые парни. Не понимают, что секретное оружие совсем простое, выучи десяток правил, которые работают. И все девчонки будут твои.

Машина поворачивала, Ленка пыталась догадаться, где. Открывала глаза, видела кусочек окна и в нем голубое небо, вдруг — серый угол дома или мелькнувшую ветку. И снова закрывала, думая — я совсем не здесь, эти места — не отсюда, мы едем куда-то…

— Проснись, инфанта, — голос звучал сверху, будто падал на щеку, и хотелось провести пальцами, чтоб его потрогать, — почти приехали, проснись, северный оленик.

Она села, заваливаясь на Кинга, а тот смеялся, обнимая рукой ее плечи и быстро целуя в щеку.

— Беги. Я позвоню, завтра. Нет, завтра занят, короче, как только, так сразу. И снова устроим праздник голых жоп. Идет?

— Сережа, ну вот ты какой!

Жигуль встал, дверца открылась, Ленка выбралась, таща сумку за перекрученные ручки. Кинг улыбался, блестя крупными зубами.

— Зато сразу проснулась, так? Ладно, специально для ледяных инфант: устроим праздник майской обнаженки!

— Пока.

Ленка помахала рукой всем, кто внутри, и ушла, тоже улыбаясь. Ну, такой болтун, и видно, что ему приятно болтать именно с ней, вон Ниночка на каждую шутку сперва морщит лоб, соображая, потом начинает смеяться зазывно, и сразу ясно — ничего не поняла.

Часики показывали половину шестого, и Ленка побежала вверх, торопясь по зашорканным ступеням. Просто узнать, что там Рыбища, потом домой за пакетом и быстро в больницу, ну, это всего минут двадцать скорым шагом, успеет.

На ее звонок за дверью громыхнуло и Ленка обрадовалась, топчась и поправляя курточку, кто-то дома, хорошо бы Оля. И застыла, всматриваясь в неясный силуэт в полутемной прихожей.