Алекс Бранд - Выбор [СИ]

И я увидела, как его лицо заострилось, губы сжались, глаза похолодели. Сердце заколотилось от предчувствия чего-то страшного, если у моего мужа такое лицо…

— Подробностей пока не знаю, Гил сказал коротко — волнения в декатировочной и они идут дальше по цехам.

— Но страх, Клайд! Ты недоговариваешь что-то, я же вижу!

Я вдруг понимаю. И совсем тихо спрашиваю…

— Кто из девушек пропал?

Господи… Неужели… И поэтому Клайд такой странный… В глазах слезы, мои руки на его плечах…

— Клайд!

Он понял, о ком я подумала, и порывисто обнял меня, я зарылась лицом в его грудь, мне все равно, пусть все видят… Его быстрый шепот.

— Ох, я дурак, напугал тебя, шш… Ольга в порядке, она сейчас там, ждёт нас. Ну, любимая, успокойся.

Я с силой стукнула его кулаком по груди, слезы покатились по щекам.

— Никогда, никогда! Слышишь, никогда меня так не пугай!

Клайд гладит меня по голове, я тихо всхлипываю, переживая этот короткий ужас, когда подумала, что Ольга… Нет, нет, не хочу даже в мыслях об этом. Он осторожно вытирает мне слезы платком, я поднимаю на него глаза и повторяю вопрос.

— Кто же пропал, Клайд?

— Кэтрин О'Хара.

Господи, нет… У меня перед глазами веселое веснушчатое лицо, слышу тихие непонятные ирландские песенки, которые она любит мурлыкать, работая. Чем-то напоминали напев Ольги, когда она осталась со мной ночью.

— Клайд, почему вы думаете, что она именно пропала? Вдруг просто… Ну я не знаю… Сбежала с кем-нибудь или просто уехала…

Он пожал плечами, заводя автомобиль.

— Я пока ничего не думаю, передаю тебе то, что услышал от Гилберта.

Мы медленно едем в сторону центра, Клайд не торопится, нам обоим надо прийти в себя и успокоиться. Возможно, ничего страшного не случилось. Но… Гилберт просто так бы не сказал. И мне стыдно. Я так обрадовалась, что Ольга в порядке, а пропала другая девушка… Как же это нехорошо… Отгоняю эти мысли, к чему они сейчас? Дай Бог, и Кэтрин найдется, и все наладится. Нет. Гилберт так просто тревожиться не будет, и… Вот еще странность, только сейчас о ней подумала.

— Клайд, почему ты взял меня с собой?

Я вдруг оглянулась на заднее сиденье.

— И все вещи с нами, ты ничего не вытащил. Клайд…

— Взять тебя сказал Гилберт, милая, на де Кальб мы не вернёмся, по крайней мере, в ближайшие дни.

Я на мгновение потеряла дар речи от этой новости. Только что мне было не по себе от происходящего, от необходимости ехать к Грифитсам, от предстоящего сейчас неизбежного знакомства с семьёй. А теперь оказалось, что мы туда переселяемся непонятно на сколько времени. Почему? Уж точно не для того, чтобы провести вместе несколько веселых деньков. Что-то случилось, настолько серьезное, что это заставило Гилберта пренебречь всем. Как же это, что же все время с нами происходит, почему нельзя тихо жить, ждать ребенка? Как же тревожно… Тихо попросила.

— Клайд… Останови.

Он посмотрел на меня, мы уже подъехали к повороту на Уикиги-авеню, виден уходящий вдаль ряд внушительных особняков. В одном из них сейчас нас ждут Грифитсы и Ольга. Что она там делает, как там оказалась? Как все опять загадочно и странно… Негромкий голос Клайда.

— Что, солнышко?

И он остановил автомобиль, не повернув на улицу. Кладу ладонь на его руку, лежащую на руле, чувствую, как она тверда. Это придало мне сил и вернуло уверенность, в конце концов, мы вместе и со всем справимся. Иначе быть не может, мы уже столько прошли…

— Милый, постоим тут немного, можно? Всего несколько минут. Я просто…

— Я понимаю, родная, — он наклонился ко мне и прижался лбом к моему, глаза близко-близко, — не бойся ничего, там, может, ещё не друзья, но уж точно не враги.

Шепчу ему в ответ, наше дыхание смешивается, греет и успокаивает.

— Просто мне опять не по себе, так тревожно… Фабрика, Кэтрин… Что с ней случилось? И твоя семья… Как они меня встретят? Понимаю, что это сейчас совсем не важно… Но все-таки…

Губы Клайда на моих глазах, щеках. Так хорошо, спокойно…

— Ты справишься, милая. И ты их всех знаешь, помнишь наши разговоры ночами, мои рассказы о них? Не бойся. Береги себя и маленькую, это главное. Все остальное, что бы это ни было — мое дело. Хорошо? Давай с ней поздороваемся?

Две ладони на моем уже немного округлившемся животе, наши пальцы соприкасаются, тепло от них успокаивает, так хочется откинуться назад и прикрыть глаза, заснуть. Как же я устала… Толчок… Ещё… Мы переглядываемся, и, несмотря на тревогу и волнения, улыбаемся друг другу.