Алекс Бранд - Выбор [СИ]

— Кто ты, любимый?

Вопрос вырвался сам собой, когда мы, наконец, успокоились, и я устроилась рядом, обняв Клайда и положив голову ему на плечо. Так хорошо и надёжно чувствовать его сильную мускулистую руку, кончики пальцев медленно водят по спине, уже без намерения воспламенить, успокаивая и баюкая. И в этой теплой истоме я не сдержалась.

— Кто ты, любимый?

Клайд тихо вздохнул, погрузив пальцы в мои спутанные волосы и начав их ласково расправлять. Молча. Вздыхаю и я.

— Прости, Клайд… Я обещала терпеливо ждать, а сама все время пытаюсь спрашивать.

Из полумрака пришел шепот.

— Я не сержусь, Берта. И понимаю тебя, лежишь в постели с незнакомцем…

Я запротестовала, приподнявшись и положив подбородок ему на грудь, лицо к лицу.

— Ты не незнакомец, я много уже о тебе знаю, вот!

Его брови приподнялись.

— Ну-ка, ну-ка… Как интересно… Расскажи.

— Не рассердишься, милый?

Он шутливо задумался, театрально нахмурившись.

— На ещё одно наказание, боюсь, меня сегодня уже не хватит, даже если рассержусь. Говори, Берт.

Я собираюсь с мыслями и решаюсь. Говорю медленно и осторожно.

— Ты намного меня старше.

Он медленно кивает, вижу, ему не по себе, этот разговор тяжел для нас обоих, я прекращу его сразу, если что-то почувствую, если зайду в запретное. Ну что я за растяпа такая, обещала же… Клайд увидел мои колебания и слегка сжал пальцы на моем плече, подбодрил продолжать.

— Ещё… — тихо шепнул.

— Ты воин. Наверное, ты много воевал, — шепчу в ответ ещё тише, мне страшно об этом говорить.

Медленный молчаливый кивок. Я внимательно смотрю на его четко очерченное лицо, в его глаза, в темноте комнаты они как провалы в неведомое.

— Скажи…

Замолкаю. Боюсь закончить вопрос. Он делает это за меня.

— Убивал ли я?

Вместо ответа прижимаюсь щекой к его груди, слышу ровное сильное биение сердца, оно успокаивает.

— Да, Берта, я убивал. Я убил много людей. Так было надо.

— Клайд…

— Что?

— А есть у тебя… Ну… Шрамы?

Он усмехнулся, дёрнув уголком рта. Взял мою руку… Поднес к своему лицу… И очень медленно провел ею по правой щеке, чувствую кончиками пальцев, гладкая чистая кожа. Пальцы скользят по ней от виска до подбородка… Длинной изогнутой линией… Господи…

Порывисто вздыхаю, прижимаюсь к нему всё сильнее.

— Ничего не говори, не надо, тебе больно из-за меня, любимый… Прости…

Целую его губы, глаза, грудь… Щеку, снова и снова… Прости, прости меня… И мы замолкаем, в наступившей тишине я слушаю его сердце. Так хорошо слышать это биение, тук, тук, тук… Оно будет рядом со мной всегда и мое сердце будет биться рядом. До срока, который предначертан нам обоим. Так говорил преподобный Данкен — пока смерть не разлучит нас в неизбежно назначенный срок. Молчим. Сон не идёт и Клайд явно ещё не всё мне рассказал о произошедшем сегодня. И я ещё одно, только одно хочу его спросить, из запретного… Я об этом все время думаю и хочу знать. Набираю воздух…

— Клайд…

— Что?

— Мне вот любопытно… Ну, очень любопытно…

Шепчу ему прямо в ухо… И слышу смех, который он еле сдерживает, сама начинаю смеяться.

— Ну, Клайд… Ну, скажи…

— Что, ревнуешь?

И он смеётся уже в голос, рискуя разбудить нашу хозяйку, схватил меня за руку, угадав мое намерение стукнуть его ладонью по лбу. И очень серьезно говорит, даже торжественно так. Ну что за манера такая, все превращать в шутки… А мне уже не смешно, я правда ревную, очень.

— Берта, у меня были женщины, и даже не одна. И не две.

Мои брови поползли вверх от такого признания, спрашиваю упавшим голосом.

— А сколько их у тебя было?

Он внимательно на меня смотрит своим всезнающим взглядом и спокойно отвечает.

— Много, Берта. Как ты правильно поняла, я тебя намного старше.

И спрашиваю ещё одно, если начала, то уже надо идти до конца, раз он согласен отвечать. И получаю ответ.

— Нет.

— Правда?

— Да. Жены и детей у меня не было. Воину лучше не иметь семьи.

Я глажу его по голове, щеке, он прижимает мою ладонь и целует ее. Шепчу ему, уже успокоившись.

— А сейчас у тебя есть семья, мой старый грозный воин. У тебя есть я и скоро будет ребенок. Тут тебе не с кем воевать.

Он задумчиво кивает, как бы сомневаясь, улыбается.

— Наверное, не с кем.

Он садится в кровати.

— Принести лимонада, хочешь?

— Хочу!

Я рада, что этот внезапный нелегкий разговор закончился, даю себе слово больше его не заводить. Придет время, я всё узнаю. Не надо торопить, впереди — целая жизнь. Клайд протягивает мне стакан, мы снова устраиваемся в кровати рядышком, сидя спиной на подушках. Так здорово вместе пить прохладный лимонад ночью, в тихой темной комнате… И шептаться.