Евгений Мороков - Отчаянный марафон

Все рухнуло. Дверь открылась, запах аммиака с долей освежителя воздуха прилип к стенкам горла. Полная тишина, так тихо, что слышно, как работает компьютер.

— Привет, Вов. — Бутылка пива, рассыпанные шарики насвая по всему столу и безразличный взгляд в монитор.

— Привет, — спокойно ответил он.

Я скинул рюкзак, умылся, посмотрел на идиота в зеркале, возненавидел этот день, взял бутылку лимонада в холодильнике, книгу Уильяма Голдинга «Повелитель мух», лежавшую на кухонном столе, и попрощался с этим местом. Сидеть в кухне на твердом, неудобном уголке оказалось не так легко, как мне казалось, но книга увлекла меня. Хрюши уже не осталось в живых на проклятом острове, Ральф спасался бегством, конец близок.

— Слууууух, Макс, а ты завтра выходной? — Вова вернул мое сознание на кухню, где из раковины торчали тарелки, холодильник оставался грязным, как и полы во всей квартире, только пепельница оставалась чистой, ведь я курю на площадке, а он употребляет насвай, оставляя его где попало.

— Да, а что?

— Нет, ничего. — Он не собирался оставлять меня одного.

В нем напрочь отсутствовало чувство такта. Его голос постоянно менял громкость. Вова не умел контролировать интонацию из-за застенчивости. Она словно душила его связки, а он кашлял словами. Работа являлась кладезью его историй. В этот раз он рассказывал про алкашей с работы, левый заработок, развод клиентов на деньги. Местами во мне просыпался интерес: «Ага, да, бывает», я хотел дочитать книгу, а чего хотел он, мне было не совсем ясно.

— Ладно, Вов, я пойду спать. Трудный денек выдался. — Вечер оставил противный осадок, как рюмка теплой водки, попавшая не в то горло.

— Давай, а я еще посижу за компом.

Закрыть глаза оказалось мало, для того чтобы уснуть. Мысли плавали в голове, касаясь мягкого песочного дна. Еще пару месяцев назад все имело смысл. Каждый день нес свою идею, помогал встать утром и засыпать ночью. Планы на жизнь выбиты на стенках разума, все казалось таким простым, что сейчас я могу назвать то время одним из лучших, которое мне довелось прожить. Возможно, всему виной лето. Хотя нет. Лето лишь помогает появиться на свет идеям из головы. Оно придает сил, желаний, рождает все то, что зимой мы прятали внутри себя. В этом вся проблема, зима отняла у меня все. Прошлась ураганом по полям, где зарождалась жизнь. Мне остается только один вариант — идти вперед, искать что-то новое, но не то, что уже было. Ведь то, что было, уже никогда не появится вновь. Похожие поля приносят тоску и боль. Воспоминания могут заставить вернуться обратно, но никто не даст гарантий на успех. Никто вообще не дает никаких гарантий, кроме магазинов бытовой техники.

— Макс, ты чо? Еще спишь? — второй час дня не мог разбудить меня, а звонок Дениса смог.

— Нет. Только закончил утреннюю зарядку. Сегодня вечером на пилатес собираюсь записаться, — я откашлялся, посмотрел по сторонам, вроде бы один.

— Ты как всегда, — театральный вздох. — Я слышал, ты теперь квартиру снимаешь?

— Да, да. Есть такое дело, — раскидываем колоду карт, рубашки все помечены, я знаю этого парня. — Давай, приезжай. Мы давно не виделись.

— Без проблем. Когда?

— Сегодня. Я завтра в вечер.

— Отлично. Толяна звать? Мы давно его не видели.

— Да, конечно. Наберешь ему? — Университет оставил мне нескольких ребят.

— Хорошо. Тогда мы подтянемся к тебе часов в девять. — Быстро и качественно. Осталось лишь дождаться вечера.

Раковина, полы, посуда, ванная, туалет, комната — забрали время и силы. За целый день я выкурил полпачки сигарет, сожрал три бутерброда, выпил две бутылки пива, оставляя пустую тару на стиральной машине. Единственное полотенце находилось в стирке, пришлось воспользоваться покрывалом. Захватив мусор, отправился покурить на площадку. Стеклянные бутылки отбивали в мусоропроводе дикие танцы. Этажом выше ругалась семейная парочка.

— Пошел вон, скотина ты неблагодарная, — поросячий визг заставлял дрожать стены.

— Сама пошла, тварь тупая, — мужской голос казался более уравновешенным.

— Я сказала тебе! Или мне сейчас вызвать ментов и рассказать им все? — Видимо, женщине практически удалось завоевать победу, ее голосом можно рубать курицам головы.

— Да пошла ты.

— Да пошел ты! И посмей только не вернуться! Богом клянусь, я тебя найду, — она продолжала визжать, а я попытался скрыться за дверью квартиры. Любовь заставляет людей терпеть друг друга даже тогда, когда кажется, что легче убить человека или застрелиться самому.