Тьерри Коэн - Надломленные души

— Ах ты, мудрец Димитрий, — с иронией произнесла Романа. — Но хочу признаться, мне за нее слегка тревожно.

Юноша перестал жевать.

— Причина?

— Ей поручили какое-то задание. Конечно, они знают, что делают, но лучше бы ее оставили на время в покое.

— Задание? Еще одно? — удивился Димитрий.

Новость его огорчила, почему, он и сам не понял.

— Да, очень странно.

— Значит, у них не было выбора. Уверен, она ничем не рискует, — произнес он без особой убежденности.

— Ну а как у тебя с Диланом?

— Тоже хорошо. Он отличный парень. То, что ему пришлось пережить, привело к тому… короче, ты понимаешь. Но он все преодолеет.

— У него для этого есть прекрасный пример.

Димитрий проигнорировал комплимент.

— А что за задание у Ланы?.. — спросил он, поневоле выдав своим вопросом заинтересованность. — Прости, забудь об этом.

— Так ты за нее волнуешься? — хитро усмехнулась Романа.

— Да не то чтобы волнуюсь, так просто…

— Ну-ну. В броне чувств прекрасного Димитрия, оказывается, появилась брешь?

Он недоуменно пожал плечами.

— Можно задать тебе вопрос? — перешел он в контратаку.

— Валяй.

— А почему, интересно, ты в меня не влюбилась?

Он уставился на подругу своими огромными глазами, придав им тот самый шарм, которому, по всеобщему мнению, невозможно было сопротивляться.

— А кто тебе сказал, что не влюбилась?

— Что, правда? Или ты издеваешься?

— Есть немного.

— Ладно, один ноль в твою пользу. Но ты не ответила.

— Твой метод обольщения уж слишком очевиден, да и твои возможности раздуты сверх меры. Тебе не нужно примеривать на себя разные улыбки и взгляды, чтобы заставить бледнеть наших девчонок. Ты — красавец от природы и полон очарования. Но есть в тебе некая самоудовлетворенность человека, которому дана власть над другими. А я — противница любой власти над собой, если она не основана на интеллектуальном преимуществе.

— Вот-те на! Заруби это себе на носу, Димитрий! — рассмеялся он, пряча за смехом смущение.

— Считай, что я участвую в твоем обучении правильному любовному поведению.

Оба прыснули.

— Кстати об этом, действуй поосторожнее с Ланой, — продолжила Романа.

— Не понимаю, о чем ты говоришь, — ответил Димитрий, по-свойски ей подмигнув.

— Ну да, конечно… Неужели ты думаешь, что я ничего не заметила?

— Ладно, оставь, я уже большой мальчик. Меня, впрочем, Дилан тоже беспокоит.

— Лия?

— Да. Думаю, он в нее влюблен. Ну а она… короче, ты все знаешь.

— Если им предстоит влюбиться, ты не сможешь повлиять.

— Но если бы он знал…

— Если ему суждено узнать, то сказать должна Лия.

Он согласился, глубоко вздохнул и положил вилку. Аппетит у него пропал.

Автомобиль притормозил возле неприметного кафе, одного из тех заведений, обильно рассыпанных по обочинам сельских дорог, что упорно цепляются за прошлое. Через витрину был виден полупустой зал с кое-где рассеянными клиентами: кучка пенсионеров резалась в карты, несколько одиночек уткнулись в телефоны, да еще пожилая дама вела с внучкой неспешную беседу.

— Сейчас каждому из вас будет дано задание, — объяснил Альдо, — во время которого вам придется мобилизовать все полученные вами знания и природные таланты. Напоминаю главные правила: используйте ваши навыки, в зависимости от ситуации старайтесь максимально адаптировать свои поведение и лексику к манере собеседника, сосредоточьтесь на цели, сохраняйте здравое мышление и старайтесь выполнить задание, что бы ни случилось.

Ученики кивнули.

— Начнешь ты, Дилан.

Подросток напрягся, сдвинул брови, весь обратись в слух.

— Мы с Ланой сядем за столиком кафе-бара. Ты войдешь спустя пару минут. Задача: сделать так, чтобы тебе предложили выпить газировки и дали десять евро. На все про все у тебя две минуты.

— Но… как я это сделаю?

— Найди способ, прояви смекалку и умение убеждать.

— Вообще-то стыдоба, правда ведь? — заметила Лана.

— Ничуть. Вам не предлагается ни красть, ни просить милостыню. Вы должны проявить креативность и хорошо сыграть роль, которая вам предложена.

Дилан не мог понять, почему Лана сочла неприемлемым такое задание. Он лично воспринимал все как игру, и ему нравилось чувствовать охватившее его возбуждение. Глаза его оживились, словно перед ним возникли одновременно тысячи разных сценариев.

Лана и Альдо сели за столик, откуда целиком просматривался зал кафе, когда в нем появился запыхавшийся, охваченный паникой Дилан. Остановившись в проеме двери, он оглядел помещение безумными глазами, словно за ним гнались и он наконец-то нашел убежище. Перебинтованные руки были умоляюще подняты вверх. Лана подумала было, что паника друга имела вполне естественное происхождение, но невозмутимость Альдо разубедила ее в этом.