Кен Фоллетт - Граница вечности

Сказанное матерью потрясло Лили. Ее родители предвидели такое развитие событий. И они ничего не говорили ей. Как они могли быть настолько бессердечными?

Или они прислушались к голосу разума? Она не хотела поверить в это.

— Мы хотим пожениться, — сказал Одо.

Лили вскочила с места и выкрикнула:

— Нет!

— И мы надеемся, что вы дадите свое благословение: Мод, Вернер, Карла и прежде всего Лили, которая была верной подругой Каролин все эти тревожные годы.

— Убирайся к черту! — воскликнула Лили и вышла из комнаты.

***

Дейв Уильямс толкал перед собой по Парламентской площади кресло-каталку, в которой сидела его бабушка. Толпа фоторепортеров следовала за ними. Пресс-секретарь группы «Плам Нелли» вовремя предупредил газеты, так что Дейв и Этель были готовы появиться перед камерами и десять минут вместе позировали перед ними. Потом Дейв сказал «спасибо, джентльмены» и свернул на стоянку Вестминстерского дворца. Он задержался перед входом для лордов, взмахнул рукой еще для одного снимка и вкатил кресло на колесиках в палату лордов.

Бабушка Этель, баронесса Леквиз, болела раком легких. Она принимала сильные обезболивающие, но сознание ее было ясным. Она могла еще немного ходить, хотя ее быстро одолевала одышка. Она имела веские причины отойти от политики. Но сегодня в палате лордов обсуждался законопроект о сексуальных преступлениях 1967 года.

Эта проблема очень волновала Этель из-за того, что ее приятель Роберт был гомосексуалистом. К удивлению Дейва, его отец, которого он считал консерватором, также решительно выступал за пересмотр законодательства. Вероятно, Ллойд был свидетелем преследований гомосексуалистов нацистами и никогда не забывал об этом, хотя отказывался обсуждать подробности,

Этель не собиралась участвовать в дебатах — она была слишком больна для этого, — но твердо решила голосовать. А когда Эт Леквиз что-то решила, ничто не могло ее остановить.

Дейв вез ее через вестибюль, служивший гардеробной, где на каждом платяном крючке висела розовая лента в виде петли, на которую члены палаты должны были вешать свои мечи. Палата лордов даже не пыталась делать вид, что идет в ногу со временем.

Секс между мужчинами в Англии считался преступлением, и каждый год сотни мужчин, занимавшиеся этим, преследовались судебным порядком, заключались в тюрьму и — что хуже всего — подвергались унижению в газетах. Обсуждавшийся сегодня законопроект предусматривал легализацию гомосексуальных актов по согласию между взрослыми в частной жизни.

Вопрос был спорным, и у большой части общественного мнения был непопулярным, но наметилась тенденция в пользу изменения законодательства. Англиканская церковь решила не противиться таким изменениям. Она продолжала считать гомосексуальные связи грехом, но согласилась не трактовать их преступлением. Появился шанс принятия законопроекта, но его сторонники опасались обратной реакции в последнюю минуту — из-за решимости Этель голосовать.

Она спросила Дейва:

— Почему тебе так хочется, чтобы я присутствовала на дебатах? Ты никогда особенно не интересовался политикой.

— Наш барабанщик Лу — гей, — ответил Дейв, использовав американское словечко. — Однажды я был с ним в пабе под названием «Золотой рог», когда туда заявилась полиция. Меня так возмутило поведение полицейских, что с тех пор мне хотелось каким-то образом показать, что я на стороне гомосексуалистов.

— Молодец, — сказала Этель и добавила с язвительностью, характерной для ее преклонных лет: — Я рада, что ты полностью не утратил мятежный дух своих предков под влиянием рок-н-ролла.

«Плам Нелли» стали популярными, как никогда раньше. Они выпустили «концепт-альбом» под названием «Для вашего удовольствия сегодня вечером», в который вошли произведения разных групп и различного жанра — старый мюзик-холл, фольклор, блюзы, свинг, церковное песнопение, «мотаун» — и все в исполнении «Плам Нелли». По всему миру он раскупался миллионами экземпляров.

Полицейский помог Дейву поднять кресло-каталку на один лестничный пролет. Дейв поблагодарил его, подумав, а не участвовал ли он в налете на гей-клуб. Они добрались до вестибюля палаты лордов, и Дейв подкатил Этель до самого порога палаты.

Этель задумала это и получила согласие лидера палаты лордов на ее появление в кресле-каталке. Но Дейву не разрешалось вкатить ее, так что они ждали, когда кто-нибудь из ее друзей увидит ее и заменит Дейва.