Кен Фоллетт - Граница вечности

Секретарша скрылась за дверью. Дейв огляделся. На стенах висели золотые и серебряные диски. Фотография Перси Маркванда, негритянского Бинга Кросби, была подписана: «Эрику с благодарностью за все». Дейв заметил, что все диски пятилетней давности. Эрику нужны были новые таланты.

Дейв начал нервничать. Он не привык обманывать. Не робей, сказал он себе. Закона он не нарушал. Если его раскусят, худшее, что может случиться, это ему скажут убираться вон и не тратить чужое время. Стоило рискнуть.

Секретарша вышла, и в дверях появился мужчина средних лет с седыми редеющими волосами. Он был в зеленом кардигане поверх белой рубашки с невзрачным галстуком. Прислонившись к дверному косяку, он окинул Дейва взглядом с головы до ног и проговорил:

— Так значит, тебя ко мне прислал Байрон?

Говорил он скептическим тоном — он явно не поверил. Чтобы не повторять эту ложь, Дейв выдал новую.

— Байрон сказал: «У И-эм-ай есть "Битлз", у "Декка" — "Роллинг стоунз", а "Клэссик" нужна "Плам Нелли"». — Байрон ничего подобного не говорил. Но мог бы сказать, как посчитал Дейв, читая музыкальную прессу.

— Что за «Плам Нелли»?

Дейв дал Чапману фото группы.

— Мы выступали в клубе «Дайв» в Гамбурге, как и «Битлз», и в «Джамп-клубе» в Лондоне, как «Роллинг стоунз». — Он удивлялся, что его еще не выгнали и сколько еще ему будет везти.

— Откуда ты знаешь Байрона?

— Он наш импресарио, — опять соврал Дейв.

— Что вы исполняете?

— Рок-н-ролл, и у нас много вокала.

— То же самое, что теперь у каждой второй поп-групны.

— Но мы лучше.

Наступила длинная пауза. Дейв был рад, что Чапман даже разговаривает с ним. Ленни говорил: «К ним в дверь не достучишься». Дейв доказал, что он неправ.

И тогда Чапман произнес:

— Ты наглый врун.

Дейв открыл рот, желая возразить, но Чапман поднял руку, чтобы остановить его.

— Перестань нести чушь. Байрон к вам не имеет никакого отношения, и он тебя сюда не посылал. Может быть, ты его и знаешь, но он не говорил, что «Классик рекордс» нужна «Плам Нелли».

Дейв молчал. Его вывели на чистую воду. Это было унизительно. Он хотел обманным путем влезть в звукозаписывающую компанию и потерпел неудачу.

— Повтори, как тебя зовут, — потребовал Чапман.

— Дейв Уильямс.

— Что тебе нужно от меня, Дейв?

— Контракт на запись.

— Это сюрприз.

— Вы можете прослушать нас. Обещаю, вы не пожалеете.

— Открою тебе секрет, Дейв. Когда мне было восемнадцать лет, я получил свою первую работу в студии звукозаписи, потому что сказал, что я квалифицированный электрик. На самом же деле у меня было семь лет образования в музыкальной школе по классу фортепьяно.

Сердце в груди Дейва с надеждой подпрыгнуло.

— Мне нравится твоя наглость, — сказал Чапман и добавил с некоторой грустью: — Если бы можно было вернуть время назад, я бы снова попробовал, как в юности, искусить судьбу.

Дейв затаил дыхание.

— Я прослушаю вас.

— Спасибо.

— Приходите в студию звукозаписи на следующий день после Рождества. — Он показал пальцем на секретаршу. — Договоритесь с Черри о времени.

Он вернулся в свою комнату и закрыл дверь.

Дейв не мог поверить, что ему так повезло. Его поймали на глупой лжи, но все равно он получил согласие на пробную запись.

Он предварительно договорился с Черри, когда им нужно будет прийти, и сказал, что позвонит, после того как переговорит с другими ребятами из группы. Потом он как на крыльях понесся домой.

В доме на Грейт-Питер-стрит он сразу схватил телефон в прихожей и позвонил Ленни.

— Я договорился с «Клэссик рекордс» о пробной записи, — ликующе сообщил он.

Ленни отнесся к этой новости без энтузиазма, чего не ожидал Дейв.

— Кто тебя просил?

Ленни рассердился, потому что Дейв взял на себя инициативу. Дейв вины за собой не чувствовал.

— Что мы теряем?

— Как тебе это удалось?

— Немного схитрил. Я встречался с Эриком Чапманом, и он согласился.

— Фортуна улыбнулась, — заметил Ленни. — Бывает.

— Да уж, — сказал Дейв и подумал: не улыбнулась бы, если бы я сиднем сидел дома.

— «Клэссик» — не поп-лейбл, — нудил Ленни.

— Поэтому мы им и понадобились. — Дейв терял терпение. — Ленни, что в этом плохого?

— Ничего. Все отлично. Посмотрим, что из этого выйдет.

— Тогда давай решим, что будем играть на пробной записи. Секретарша сказала, что записывать будут две песни.

— Ну, тогда, наверное, «Трясись, греми, крутись».

Дейв упал духом.

— Зачем?

— Это наш лучший номер. Всем нравилось.