Лора Докрилл - Широкая кость

И еще от него пахнет инжиром.

– Думаю, он говорит о том, что ты умеешь ценить хорошее.

Он прав.

– Не понимаю, почему работники общественного питания всегда стремятся урезать посетителям порции? Это же не на их деньги куплено! Скупость ничем не оправдывается. И так во всем. Если хочешь преуспеть в жизни, нужно быть щедрым. Во всех смыслах этого слова.

– Погоди, я еще не закончил психологический анализ твоей личности по тому, как ты делаешь бутерброды… – Тут он хватает с доски панини и вгрызается в него.

– МАКС!

– Мммм…

– Макс! Это же для посетителей! Так нельзя!

Но ему наплевать.

– Ага, картина теперь проясняется, да-да, я могу определять характер и личность на вкус… – На нас уже глазеют клиенты, голодные и сердитые. При этом машинка для изготовления панини ужасно медленно работает.

– Макс, мы из-за тебя влипнем…

– О, извини, это я виноват. Просто когда я… оцениваю этот вид… энергии, исходящей от духа приготовления бутербродов, ничто не должно… сама понимаешь… препятствовать потоку. – Он закрывает глаза, приоткрывает один, чтобы понять, продолжаю ли я смотреть на него, и старается не рассмеяться. Губы у него розовые. Будто пчелы покусали. – Это означает, что ты… – Ну вот, опять за свое. Люди в очереди явно недовольны. Я должна продолжать работать, делать очередные панини, резать хлеб и помидоры… но я хочу знать, что Макс сейчас скажет. И не хочу услышать то, что часто говорят о толстых людях, вроде «заботливая» и «уютная». И мне неприятно, что он будто пытается определить, нравлюсь ли я ему… не слишком ли она толстая? Как мячик? Может быть, он предпочитает худеньких, а для меня делает исключение, и я должна быть ему за это благодарна? Не хотелось бы. Не хотелось бы также, чтобы он обсуждал меня с приятелями, спрашивая совета, стоит ли звать на свидание толстушку. У меня уже был случай с мальчиком, который мне очень нравился. Целый солнечный день мы целовались в парке на катке, а по дороге домой он повернулся ко мне и сказал: «Мои друзья считают, что ты толстая». Как будто я должна была дать ему совет, как выйти из сложного положения, должна была ему помочь. Наверное, он почти что ждал, что я отвечу: «Так что мне, похудеть, чтобы тебе стало легче?» Было очень неловко, я даже никому об этом не рассказала.

Ну, скажи мне, что ты думаешь, Макс. Выкладывай. Сейчас или никогда.

Неужели он действительно объяснится в любви с помощью бутерброда?

Надеюсь.

Может быть, у него перед глазами сейчас та же картинка: солнечный субботний день, мы идем рука об руку, и тут к нам подходит агент, ищущий моделей для больших размеров, и спрашивает: не хотела бы я стать «фигуристой моделью»?

Нужно спросить его, что он обо мне думает, чтобы стало легче. Я на это способна. Сегодня я выгляжу хорошо. Я вообще хорошая. И добрая. И интересная. И уже доказала, что могу сделать вполне приличный бутерброд. Из меня получится потрясающая спутница жизни, она же возлюбленная, она же мать твоих будущих деток. Но как произнести эти слова?

– Эй, Макс, так что же это… – Дичь какая. Ну что я несу?

– Что?

Ну давай же. Несколько посетителей теряют терпение и уходят. Оставшиеся пялятся.

Продолжай. Ох, черт побери. Что я делаю?

Я вылитый собственный отец, а он полный неудачник. Краснею. Краснею. Колючая сыпь проступает на лице, как географическая карта, зачем я только рот открыла? Зубы будто зашатались и вот-вот вылетят, странное ощущение, а глаза бегают из стороны в сторону, как у ящерицы. Куда бы мне уставиться? Куда смотреть? На чем зафиксировать взгляд, когда смотришь человеку в глаза? Стоп, а как это обычно бывает? Когда в обычной ситуации смотрю кому-то в глаза? Нельзя смотреть во все стороны одновременно – куда же? На переносицу? В уголки глаз? Ну почему я такая… Прямо перед собой, на переносицу. Я, кажется, окосела… Я окосела и – ну хватит, давай-ка…

– Я хочу сказать, если это…

Так и слышу, как Камилла велит мне заткнуться, Дав тычет пальцем и хохочет, Алисия фыркает.

– …Есть одно место рядом с моим домом, ну, почти рядом, там готовят веганские блинчики… Звучит ужасно, но ничего ужасного. Я не веганка, в смысле у меня не получается ею стать, не то чтобы я имею что-то против, если ты веган, это очень даже круто… потому что я, конечно, знаю о том, как вызывают у коров ложную беременность, чтобы получать молоко, а всех цыплят мужского пола отправляют в блендер и делают мясо-молочную смесь… – Макс смотрит с отвращением.