Кэтрин Сэнтер - Счастье для начинающих [litres]

Противно признавать, как воодушевили меня эти слова, но что было, то было.

– Что дальше? – спросила я.

Беккет пососал большой палец.

– Пойди набери одуванчиков для салата на вечер. – Он жестом указал на луг. Потом поглядел в противоположную сторону. – Я бы послал тебя за ягодами, но не хочу мешать голубкам.

Три хорошие вещи. Есть сегодня три хорошие вещи? А ведь, в сущности, при всем моем дурном настроении я могла назвать гораздо больше трех. С легкостью. Я проснулась под синим непромокаемым брезентом под журчанье бегущего ручья. Я сварила замечательный утренний кофе, пусть даже так утверждаю только я сама. У меня было целое утро, полное свободы. Я отдохнула. Я с упоением ящерицы понежилась под солнышком на горячем камне. Меня омывали сотни ветерков. Я постояла среди полевых цветов. Я видела облако в форме сердца. Я помогла Беккету извлечь занозу. И я в буквальном смысле увидела мельком рай – и почувствовала близость человека, по которому скучала больше всего на свете, близость такую, какой не чувствовала годами.

В общем и целом удивительный день. Пусть даже в настоящий момент я чувствовала себя немного несчастной.

Продвигаясь по полю и взаправду собирая одуванчики (а не понарошку – дикие цветочки), я пыталась составить план, как стать менее несчастной. В начале похода мне хотелось стать такой крутой и черствой, чтобы меня ничего не задевало, а вышло как раз наоборот: я круглые сутки купаюсь в сплошных эмоциях. Ну, может, это не так уж и плохо, ведь теперь я хотя бы отупения не испытываю. И сердце у меня разбито не из-за Майка, а из-за Джейка, что тоже казалось прогрессом – уж, конечно, прийти в себя после парня (даже не парня, а так, непонятно кого, с кем я даже не занялась сексом хотя бы раз) будет проще, чем после полноправного мужа, с которым я прожила шесть лет. Так, во всяком случае, казалось. «Будь храброй», – напутствовал меня Хью. А Уинди сказала: «Счастье больше связано со способностью ценить, чем с приобретением или наличием чего-то». Может, не иметь то, чего я хочу, заставит меня ценить то, что я взаправду имею. Это казалось хотя бы выполнимым. Надо только попробовать. Сама попытка, решила я для себя, может считаться проявлением храбрости.

Поэтому, набрав одуванчиков, я вернулась под растянутый брезент, чтобы немного подремать, а когда проснулась, день уже перевалил за середину и начали готовить ужин. Ради вечеринки все «палаточные группы» объединили плиты. Уинди насыпала всем в бутылки для воды порошковый фруктовый пунш и называла его мохито. Кто-то собрал ежевику и добавил в салат из одуванчиков. Вегас поразил всех, сварганив очень вкусную заправку из дижонской горчицы и сухого молока. Три рыбины почистили и замариновали в сухом орегано и смеси перца с чесноком, и Печенька жарила их на гриле с упоением заправского шеф-повара.

Я протерла глаза, затянула волосы в хвост, почистила зубы и направилась к остальным.

Я найду способ получить удовольствие от праздника, я заслужила право получить от него удовольствие. Я не позволю каким-то там предложениям руки и сердца вогнать меня в депрессию. В жизни есть нечто большее, чем то, кто на ком женится. «Счастье больше связано со способностью ценить, чем с приобретением или наличием чего-то». Когда Уинди в первый раз это говорила, я не поняла, но сейчас это казалось вполне логичным. Я разработала стратегию. Сначала я сосредоточусь на еде и получу огромное удовольствие от каждого куска. Я сяду рядом с Беккетом, к которому я даже начала проникаться приязнью. Я от всего сердца приму участие в любом дурацком ритуале, какой он нам навяжет. Я полностью отдамся происходящему, не сдерживаясь, буду впитывать все мгновения. Если будут петь, я тоже спою. Если будут танцевать, я тоже станцую. Я насыщу мой мозг таким избытком благодарности за самую малую радость вокруг, что у меня не останется места для ревности, одиночества или горя. И если Джей-Дог действительно предложит руку и сердце Сердцеедке всего через две недели после знакомства – и через две недели и день после нашей почти ночи в мотеле, я буду слишком объята счастьем, чтобы расстроиться.

От запаха готовящейся рыбы текли слюнки, а на вкус она оказалась еще лучше. Я гладила языком каждый кусочек, упиваясь привкусом дымка. Когда Джейк подошел со своим ужином и сел рядом со мной, я вскочила и пересела к Беккету. Джейк слегка нахмурился, словно говоря: «А вот это дико», – но мое место тут же заняла Уинди, и все позабылось. За едой все поднимали тосты за ловивших рыбу и благодарили саму рыбу. А я еще вознесла безмолвную хвалу за существование на свете сливочного масла и за то, что оно не прогоркло в долгом походе.