Евгений Князев - Красный пассажир

Майор снизу помахал какой-то бумажкой и начал подниматься по трапу.

— Распоряжение главнокомандующего, — военный козырнул и тут же снял фуражку, чтобы обтереть обильные струи пота. Извините, не представился, Майор Колобашкин. Сопровождаю группу военнослужащих из Афганистана, приказано рассредоточить их по несколько человек по точкам, точнее развести по погранзаставам на Южных и Северных Курилах для продолжения службы и так сказать прохождения реабилитационного периода. Вот мое предписание, заверенное командующим Дальневосточным пограничным округом.

Игорь взял бумагу, мельком посмотрел и вернул ее офицеру.

— У меня гражданское судно, военных брать на борт не положено, тем более, где ваш счет на оплату.

— Деньги поступят очень скоро, вот мое гарантийное письмо, — майор протянул очередную пожеванную бумажку с серьезными гербовыми печатями, — этих парней нельзя держать на берегу среди нормальных граждан. Они все чокнутые наркоманы, прошли и кровь, и смерть, год в Афганистане, это вам о чем-нибудь говорит.

— У меня нет отдельного помещения, чтобы изолировать ваших боевиков, я даже не знаю, есть ли у них оружие и наркотики. Вы что же, майор, не чувствуете запах, это же дурь, они мне здесь такое устроят.

— Дайте мне какое — нибудь помещение подальше от пассажиров и выдайте сухой паек на три дня, мы даже в ресторан подниматься не будем, — не унимался майор.

— Слушай, Колобашкин, а у тебя хоть табельное оружие имеется, если в случае чего припугнуть героев.

— Их разве Макаровым испугаешь, майор указал на кобуру под кителем. Пусть себе кумарят до Курил, а там мы их раскидаем по одному в разные заставы и там эту дурь из них быстро выгонят, — Колобашкин жалобно посмотрел на Смагина. — Выручай, начальник, это моя последняя командировка, год дома не был. Мы договоримся, — он заговорчески улыбнулся и, взяв Игоря за рукав, отвел в сторонку. — У меня с собой пара трофейных «волын» имеются, не китайские, а чисто немецкого изготовления. Выберешь себе любую красотку, хочешь мисс «Беретту», хочешь Кольт «Магнум — «миротворец» сорок четвертого калибра, обе пушки в идеальном состоянии.

— Ладно, уговорил, сейчас что-нибудь поищем для вашей бригады, только гляди, вся ответственность на тебе и мои моряки лично досмотрят каждого твоего солдата, чтобы даже ножи на переход сдали на хранение. — Он жестом подозвал вахтенного.

— Срочно вызови пассажирского, вояк берем с собой, нечего им в городе околачиваться.

— А вы с капитаном советовались, — не удержался вахтенный, — я думаю, он не обрадуется таким пассажирам.

— Не переживай, я его поставлю в известность, а ты делай, что тебе говорят, я не сомневаюсь, что Семенов о военных уже знает, такой цыганский табор под бортом судна никого не оставит без внимания.

Пассажирский появился, как по мановению волшебной палочки.

— Что, берем гвардию? — Александр кивнул в сторону группы фронтовиков, — но прежде я хочу покалякать с пацанами, как они насчет дисциплины, — он спустился по трапу и о чем-то переговорил с одним из военных, единственного из всего взвода, обмундированного по форме с лычками сержанта, молодым и веснушчатым, парнем. Затем поднялся и кратко доложил.

— Обещает порядок и круглосуточную вахту, так что теперь слово за тобой и капитаном, — он указал большим пальцем наверх.

— Ты посмотри помещение на самой нижней палубе, а я потолкую с капитаном, никуда он не денется, перегруза судна, как такового нет, снабжения в трюма не берем, харчей, я думаю, на всех хватит. Так что грузи их, пора сниматься, первый пункт захода Северокурильск.

Смагин, не спеша, прошел в надстройку, где возле администраторской кабины толпились пассажиры. Он протолкнулся к окошку и, перегнувшись туловищем через парапет, внимательно начал наблюдать за работой администратора. Через минуту он не вытерпел.

— Марина Сергеевна, что за простой, пора бы этих несчастных уже расписать по каютам.

Марина подняла тяжелые от толстого слоя макияжа веки и недовольно проворчала.

— Хорошо вам давать указания, а мои девчонки уже с ног валятся, умотались с вашими рыбаками, хуже, чем с иностранцами, — она фломастером отметила на плане судна каюты для очередной партии пассажиров и позвала освободившуюся стюардессу.

— Ирочка Саблина, это твои, забирай.

— А куда ты наших японцев и америкашек поселила.

— Как и велено. в первом классе на главной палубе, недалеко от вас, так что будете часто встречаться.