Дженнифер Смит - Билет на удачу

– Вы с Тедди?..

– Что? – зыркаю я на него.

– Встречаетесь?

– Нет, – не мешкая, отвечаю я. Громко и резко. Слово эхом отдается в пустой кухне. Покачав головой, повторяю: – Нет.

Сойер медленно кивает, словно не знает, верить мне или нет.

– Хорошо.

– Мы не встречаемся. – Я краснею. – Правда.

– Хорошо, – повторяет он.

– Мы с ним друзья. Во всяком случае, были ими.

Сойер скрещивает руки на груди, ожидая продолжения.

– Из-за этой лотереи наши отношения стали какими-то странными, – признаюсь я. – Мы всегда были… близки. А потом произошло это грандиозное событие, и все изменилось.

– И у тебя такое чувство, будто ты теряешь его.

– Я этого не говорила.

– Вообще-то, в каком-то смысле сказала.

Когда я разворачиваюсь к нему, он ловит и удерживает мой взгляд. Странно, но я не ощущаю неловкости.

– Хочешь прогуляться со мной как-нибудь вечером? – спрашивает Сойер.

– Вместе выпить какао?

– Вместе поужинать.

– То есть сходить с тобой на свидание?

– Совершенно верно, – улыбается он.

– Как насчет завтра? – предлагаю я, улыбаясь в ответ.

На следующий день я с трудом вваливаюсь в дом, и дядя Джейк – работающий дома и устроившийся в гостиной с ноутбуком на коленях, закинув ноги на кофейный столик, – косится в мою сторону.

– Какого черта?.. – восклицает он.

Тяжело дыша и обливаясь потом, плетусь через гостиную к лестнице в подвал, волоча за собой гору картона. Тащить его из магазина до автобуса, а потом домой оказалось той еще морокой. Мне пришлось это делать одной, и я настолько зла и вымотана из-за этого, что у меня темнеет в глазах.

Дядя Джейк вскакивает с дивана и бежит ко мне, скользя в носках по паркету.

– Что ты делаешь? – Он отбирает у меня картон и приставляет его к стене. – Я бы тебе помог.

Мне даже в голову не пришло просить его о помощи. Но вовсе не потому, что на дядю Джейка нельзя положиться в таких вещах. Наоборот, он сделал со мной бессчетное множество ожерелий из макарон, продолжал красить в моей компании пасхальные яйца даже после великого запятнания фиолетовой краской и научился плести браслеты из шнурков, когда на них помешались все шестиклассницы, но никто не хотел их плести вместе со мной.

Просто я настолько зациклилась на том, что мне придется строить лодку без Тедди, настолько огорчилась, что и не подумала упомянуть об этом дяде и тете. И в голове опять невольно всплывает слово: остров , отдельный островок в океане.

– Это для физики, – объясняю я, прислонившись к стене рядом с листами картона. Все еще тяжело дыша, скидываю обувь. – Нам нужно построить лодку.

Дядя Джейк вопросительно поднимает брови:

– Нам?.. То есть тебе и мне?

– То есть мне и Тедди.

– А-а-а. – Он потирает подбородок. – Значит, все-таки… тебе и мне.

Уже открыв рот сказать, что справлюсь сама, поскольку всегда так и делаю, я останавливаю себя, думая: полуостров. Думая: хотя бы полуостров .

Осмотрев картон, дядя Джейк заглядывает в пакет, который я поставила рядом. Тот заполнен катушками скотча.

– Это все? Все, что можно использовать? Маловато будет.

– Ну, мне на этой лодке не океан пересекать, – отвечаю я. – Но хочется верить, что до противоположного конца бассейна мы на ней доплывем.

– Вдвоем с Тедди? В картонной лодке? – Дядя Джейк смеется. – С удовольствием бы на это посмотрел.

– Тогда тебе повезло. Вход бесплатный.

– В таком случае нам лучше быстрее взяться за работу, – хлопает он в ладоши и подхватывает картон.

На душе становится легко, и я понимаю, как сильно благодарна дяде за помощь.

Дом полностью в нашем распоряжении (тетя София на работе, Лео в Мичигане), но мы все равно решаем, что самое лучше место для постройки лодки – подвал. Поэтому пускаем картонные листы по ступенькам вниз, где они грудой падают на не до конца забетонированный пол.

– Итак, – говорит дядя Джейк, разрезав бечевку, которая связывала картонные листы. – Что ты успела сделать?

– Вот это, – отвечаю я, уставившись на рассыпавшиеся огромные прямоугольники.

– М-да, – констатирует он. – Значит, ты не?..

Я качаю головой.

– И Тедди не?..

– Нет. Он вообще ничего не сделал.

Дядя Джейк подходит к стоящему в углу пыльному письменному столу и берет с него блокнот. Необорудованный подвал по большей части служит складом: его стены уставлены коробками, доверху забитыми вещами, когда-то принадлежавшими моим родителям. Они напоминают мне о моей прошлой жизни, поэтому я редко спускаюсь сюда.