Александр Бушков - Месяц надежды [litres]

– Въехал, – пробормотал Вадик.

– Ну вот и ладушки, – спокойно сказал Алексей, отпустил его, взял Олю под руку и добавил: – Желаю успехов в учебе и счастья в личной жизни.

Они преспокойно направились к своей машине.

Вадик побрел к своей, взревел мотор.

«Сейчас, проносясь мимо на безопасном расстоянии, он обязательно крикнет что-нибудь вроде «С тобой еще разберутся!», – подумал Алексей. – И ругательством завершит. Если совсем дурак, то это будет «козел!».

Как он и ожидал, машина с опущенным со стороны водителя стеклом пронеслась мимо, чуть виляя. Тяжело ему было с больной рученькой руль держать.

Вадик крикнул зло:

– С тобой еще разберутся, дятел!

«Ага, – отметил Алексей. – Словами он все-таки бросаться не стал. Понимает, что за козла и ответить можно. Значит, не законченный дурак, пара извилин у него имеется».

– Алеша, а ты ему в самом деле сделал бы то, что обещал, если он еще раз?.. – с самым искренним любопытством спросила Оля, когда они сели в машину.

Алексей ухмыльнулся.

– Ты за кого меня держишь? Я таких вещей в жизни не делал. Чисто психологический террор. И уж с кем бы я в последнюю очередь стал тебе изменять, так это с задницей этого придурка. Права ты была. Еще тот экземплярчик.

– Алеша, а если он и в самом деле тебе что-нибудь устроит? – сказала она с некоторой тревогой. – У него такие знакомые!..

– Это вроде тех, на чумовой хате, про которых ты рассказывала?

– Ага.

– Успокойся, Уелинка, – сказал Алексей, погладив ее по щеке. – Такая публика никогда ничего не устраивает. Ты уж поверь моему жизненному опыту. Нет, серьезно. Задохлики-ширяльщики, полный вздор. Лучше скажи, что вчера было дома. Без вопросов ведь не обошлось?

Ничуть не промедлив, Оля ответила:

– Дома… В общем, я маме сказала, что спала с тобой. Намерена и впредь этим заниматься.

– А она?

– А она сохранила лицо. В лучших японских традициях. Посмотрела на меня ледяным взглядом и с непроницаемым видом заявила: «Ну, ты уже взрослая, знаешь, что делаешь. Только предохраняться не забывайте. Тебе диплом нужен, а не ребенок». Потом маменька величественно удалилась к себе.

«Молоток баба, – подумал Алексей. – Только вот так уж вышло, что я – номер один в списке ее жутких немилостей, тут и гадать нечего. Ну да ладно, переживем. Интересно, новости про мужа она уже знает?»

– Надеюсь, без Демона обошлось? – осведомился он.

– Как же без Демона обойдется? Она в кухне была и все слышала. Потом зашла в нашу комнату и ангельским голоском, вся такая заботы обо мне исполненная, говорит: «Олечка, я, как любящая сестра, добра тебе желаю. Эти, на черных «Лексусах», девушек бросают сплошь и рядом прямо пучками!»

– А ты стерпела?

– Вот уж нет, – заявила Оля не без гордости. – Припомнила твои уроки и сказала ей: «Если по статистике, то эти, на синих минивэнах, девушек, очень может быть, бросают ничуть не реже. Это я, как любящая сестра, добра тебе желаю. А я поопытнее тебя буду». – Оля засмеялась. – Леша, ты бы видел, как она покраснела! Даже уши вспыхнули. Сестрица явно не подозревала, что я раза три эту тачку видела.

– Молодец, – сказал Алексей. – Усвоила уроки. Наглость побивается наглостью, и никак иначе. – Он ненадолго задумался, потом добавил: – Знаешь что. Поговори-ка ты с ней по душам насчет этого синего минивэна и, если что, поучи жизни. Как-никак сестренка, хоть и вредная. В шестнадцать лет можно столько глупостей наделать, девушке особенно.

– Хорошо, попытаюсь. Мне и самой чуть тревожно. Мало ли с кем она связаться могла, а последствия разные бывают. – Оля с любопытством оглядела улицу. – Слушай, а мы куда едем? Ни к тебе, ни ко мне этот поворот не ведет.

– У тебя срочных дел нет?

– Никаких, а что?

– Я тут собираюсь в «Метелицу» заскочить. Бритвенных станков набрать, алхимии всякой – до бритья, после. У меня эти причиндалы как раз кончаются, а я люблю оптом затариваться, чтобы потом не возиться. Пройдешься со мной?

– А что, пройдусь, – сказала Ольга охотно, но с какой-то непонятной интонацией. – Вообще-то, я там редко бываю. Последний раз недели две назад помогала Майке осеннее пальто выбирать. Вот и все.

«Дело ясное, – подумал Алексей. – «Метелица» – заведение не самое люксовое, но и не из дешевых. Даже маменьке, настоящей звезде банковского бизнеса, не по деньгам там двух взрослых дочек одевать. Это Степа может себе позволить Майку упаковывать, Толик наверняка тоже. Да и я сам, вообще-то. Вот только как грамотно навести на это Олю? Ладно, понадеемся на случай. Кривая вывезет».