Александр Бушков - Месяц надежды [litres]

– Уговор есть уговор, – покладисто сказала Оля. – Только все, если вспомнить, было так же банально, как у тебя с этой дюжиной. Ровным счетом ничего интересного. Было два постоянных парня. С одним около года тусовалась, с другим чуть поменьше. А в промежутке, если уж мы решили откровенно, пару раз за два месяца с двумя переспала. От скуки просто.

– И все?

Она помедлила, потом решительно сказала:

– Нет. Коли уж вечер полной откровенности. Связалась я с одним типом. Из нашего же универа. И повелась как дурочка. Дело даже не в том, что был красивый и на новеньком вишневом «БМВ» ездил. Понимаешь, он мне показался солидным, самостоятельным уже, на своих ногах стоящим, не то что однокурсники. В точности как ты. Только ты и в самом деле такой, а он мне только показался. Убедительно так заливал, что отцу в бизнесе помогает, скоро младшим компаньоном будет. У отца и в самом деле половина «Бирюсы», три магазина. Недавно еще и цветочный завел. – Тут Алексей навострил уши. – Только потом оказалось, что все это – художественный свист. И отцу он ни капельки не помогает, и машина не на долю в прибыли куплена, а папашей на день рождения подарена. Майка с Таней меня тогда отговаривали, а я, дура, не послушала. Затмение нашло. Может быть, знаешь, как это бывает?

– Знаю, – сказал он. – Всякое в жизни испытать пришлось. И затмение находило.

– Вот. Ну, сначала я и не удивилась особенно, что он врал. Мало ли как бывает, хочется впечатление на девушку произвести, вот и свистит, что не просто на четвертом курсе нашего филфака, а у отца правой рукой в серьезном бизнесе… Дело житейское. Но если бы только это. Месяца через два отношений стали у меня глазки помаленьку открываться. Ладно, еще одну правдочку выдам. Дело даже не в том, что он меня пару раз голой на телефон снял. Это сейчас самое обычное дело. Чуть ли не у каждой девчонки в телефоне собственная подборочка имеется, причем почище. Да ты и сам небось?..

– Ну да, было с парочкой. Стер потом.

– Вот видишь. И это бы еще ничего. Просто за два месяца человек раскрылся. С виду красавчик такой накачанный, а на деле – трус и истерик. Папенькин и маменькин сынок. Да и это бы еще пустяки. Началась у меня не интимная жизнь, а то ли ужастик, то ли студия Терезы Орловски. Принес видеокамеру с треногой и возжелал нас на видео снять, целый фильм собственного производства смастерить. Даже сценарий накатал. Я прочитала и в ужас пришла. Там такая была дрянь! Похуже того, что порнозвездочки вытворяют. Я уж подробности не буду, ладно? Гнусненькие они были. Я отказалась, конечно. Там все костюмно должно было быть, со словами. – Она легонько передернулась. – До сих пор вспомнить противно. Ну вот. Он неделю меня уговаривал, пока не понял, что я ни за что не соглашусь. Стал от меня требовать… ну, не вполне традиционного. Я бы в принципе была не против. Сейчас это все делают. Только так получилось, что Майка с Таней в меня как-то железно вбили правило. Если мужик требует, чтобы ты что-то сделала, то и сам должен кое-что делать, чтобы все было взаимно. А он, едва я на такой расклад намекнула, в истерику впал. Мол, ему, настоящему мужчине, такие вещи делать западло, зато я, девушка, обязана. Я отказалась. Потом он меня стал на групповушку подбивать и долго мозги канифолил. Мол, есть такая тесная компания, тебе понравится. Вот чего мне по жизни не надо, так это групповушек, – решительно сказала Оля. – Одно дело – в постели все дозволено, если взаимно. И совсем другое – групповушки. Вот это уж не мое, да и точка. Ну, ссоры начались, он один раз меня даже ударил. А потом терпение лопнуло. Он меня обещал привести в хорошую, интересную компанию, а затащил в чумовую хату. Они там ширялись открыто, и парни, и девушки, травкой несло до полной невозможности. А мы с девчонками чего всегда сторонились, так это наркоты. В ванную дверь чуть не нараспашку, и там девка у парня, извини, сосет. В обеих комнатах друг другу в трусы лезут. Ну, чумовая хата. А он там как рыба в воде, свой человек, ему все в кайф. Вышла я на кухню воды попить, залетают следом две девки и с ходу начинают меня лапать, джинсы расстегивать. А он в дверях стоит и с большим таким интересом наблюдает. Тут уж я не вытерпела, отпихнула девок, схватила сумочку и прочь из квартиры. Хорошо, дело было летом, одежды верхней искать не пришлось. Короче говоря, бежала я оттуда, чуть каблуки не поломала. Ну и, понятно, полный разрыв. Он меня потом пару раз подкарауливал у факультета, ныл всякую ерунду. Я его посылала. Умею, между прочим. Он отвязался. Только это меня так стукнуло по мозгам. Я тебе кратенько рассказала, а тянулось это долго, с разнообразными закидонами, ссорами-спорами, уговорами на то и на это. Он же нытик страшный. – Оля засмеялась. – Одно утешает. Ни разу не пробовал меня к чему-то силком принудить. Не тот типаж. Да и ударил как кошка лапкой. В общем, я три месяца просидела дома, никуда и ни с кем, только с девчонками по пивку. Ну а потом меня кое-кто в черный «Лексус» коварно заманил.