Валентина Ad - Нюша (СИ)

- Знаешь, когда твоя ладонь ударилась о мою щеку, могу поклясться что слышала звук напоминающий щелчок. Какие-то невидимые шестеренки в моем мозгу вдруг встали на место, я физически ощутила это… Когда я ползала в ногах твоего отца, умоляя не покидать нас, он сильно толкнул меня и я ударилась головой о спинку кровати. Было не больно, но, видимо, именно тогда в моей голове случился сбой. Может не в голове…

В маминых глазах стояли слезы. Я сама едва сдерживалась чтоб не разреветься и дослушать все до конца. За оставшимися позади годами, мама несколько раз обещала прекратить бухать и взяться за ум, но… Ее обещаний хватало ровно до того момента, пока она не выходила на работу, где каждый день было что выпить; а главное - бесплатно. Мне безумно хотелось ей верить, вот только проблема заключалась в том, что я разучилась доверять людям.

- НЮША, доченька, прости меня, если сможешь. Прости за каждую оплеуху, которых ты никогда не заслуживала. Прости за все злые слова, на которые я не скупилась в последнее время. Прости за испорченную юность, за не произнесенные тысячи «люблю» и «спасибо»… Прости, что позволила обиженной женщине в своей душе взять верх над любящей матерью. Я не хотела всего этого, честно.

Затем случилось то, чего я ожидать никак не могла. Мама встала с пола и подошла, а потом медленно опустилась передо мной на колени и крепко схватилась ладонями за мои.

Сердце сжалось, разжалось и попыталось выпрыгнуть из груди. Чего-чего, а подобного раньше не случалось. Может у мамы реально что-то сложилось в голове? Может в этот раз будет все по-настоящему? Может в следующий раз с работы домой вернется любящая мать, а не пьяное чудовище? Мою душу разрывали противоречивые чувства, но не ответить взаимностью и добром на подобный порыв, я просто не могла. Моя детская душа слишком истосковалась хоть по какой ласке.

- Мамочка! - Мама не успела договорить, когда я упала на пол рядом с ней. В моей душе было достаточно сомнений, но я не могла больше сдерживать истинные эмоции. - Мамочка, а ты прости, что не понимала тебя, что обзывала… А то, что я тебя ударила… ма, я не хотела…

- Я знаю, милая, знаю.

11

Мы проболтали с мамой до глубокой ночи, как будто и не было этих страшных последних лет. Мы не спеша наводили порядок в нашем доме и болтали, болтали, болтали…

- Знаешь, Нюша, с одной стороны я понимаю твоего отца, с чувствами не поспоришь. Но с другой это так больно, когда кто-то продолжает чувствовать к охладевшему человеку то же, что и десять лет назад, а он…

Около часу ночи мы отложили тряпки в сторону и, вооружившись сигаретами, продолжили нашу беседу сидя за кухонным столом, словно две подружки. Я выпустила горьковато-вкусный клуб дыма и, глядя на убитый мамин облик, вполне серьезно заявила:

- Ма, знаешь, я никогда-никогда не хочу полюбить. Вот честно.

Мама едва заметно улыбнулась:

- Милая, ты даже не заметишь, как это произойдет. Любовь не приходит к нам заранее дав телеграмму, что она уже в пути. Любовь не интересует, готова ты ее принять или нет, хочешь ты этого или нет, нуждаешься ты в ней или нет. Она просто пленяет твое сердце, душу, разум, и ты уже ничего не в силах с этим поделать. А еще, - в глазах мамы блеснул едва уловимый огонек счастья, - Нюша, это прекрасное чувство и в своей жизни его должен испытать каждый, вне зависимости от итога. Такого блаженства, как сможет подарить тебе любовь к мужчине не способно подарить ни одно другое чувство.

- А боль? Может ли любовь умирать с меньшими потерями чем… - мой голос дрогнул, но мама продолжила.

- Чем у меня? - я положительно закивала головой. - У всех все по-разному. Наверное. Но, знаешь старую пословицу «Волков бояться - в лес не ходить». Да, я возненавидела, да и до сих пор продолжаю испытывать это чувство к твоему папе, возможно даже сильнее чем любила; но я не жалею о том, что любила.

Я смотрела на маму, внимательно слушала ее нынешние слова, а в голове звучали заявления недельной давности: «Лучше бы мне вообще никогда в жизни не встречать этого гондона! Козел твой папаша, с большой буквы «КА»!!!». Она тогда была не менее искренна, чем сейчас, но как бы мне хотелось, что бы с ней осталась ее трезвая ненависть, а не коматозный крик души.

- Я рада, что ты не жалеешь, - как же мне хотелось прокричать «Зато мне есть о чем жалеть!», - но, ма, давай ты научишься вообще ничего не испытывать к отцу. Мне кажется, только когда ты перестанешь его ненавидеть, ты освободишься. А так ненависть занимает всю тебя и, и… Я не знаю, как правильно высказаться по этому поводу, но он КОЗЕЛ, так зачем о нем вообще думать.