Тю Ван - Тайфун

Главная дорога на Байтюнг, широкая, вымощенная камнем, из-за людей, заполнивших ее, похожа на извивающуюся живую змею, по бокам которой, словно почетная охрана, непрерывной цепочкой катят велосипедисты. На каждом велосипеде по два взрослых пассажира и еще дети на раме. Чем ближе к городу, тем гуще толпа, и в этот поток со всех сторон вливаются ручейки с проселочных дорог.

Есть еще водный путь — река. По реке, будто стая непоседливых уток, снуют лодки с высокими бортами, переполненные паломниками. Люди сидят не только на лавках, но и на носу, на корме, и гребцам приходится напрягать все силы. Многие женщины непрерывно молятся. Обгоняя всех, движутся парусные рыбацкие лодки. Они рассчитаны на семью и не берут пассажиров. Глава семейства правит, жена варит еду — над тентом вьется легкий дымок, — детишки вертятся под ногами или цепляются за материнский подол.

Откуда бы ни приближался к Байтюнгу, за несколько километров путник видит две высокие мачты, на которых развеваются бело-желтые флаги Ватикана. Мелодичный звон колоколов разносится на всю округу. Верующие утверждают, что таких певучих колоколов нет больше нигде во Вьетнаме, потому что они отлиты из бронзы и позолочены. Нежные, ласкающие слух звуки колоколов разгоняют усталость, поднимают настроение паломников.

У лодочного причала стоит огромная статуя девы Марии. Люди сходят на берег и сразу попадают в праздничную суматоху. По улицам медленно движется шумный, нарядный поток, тротуары заняты торговцами с тележками и лотками. Продается все: и кушанья, тут же приготовленные, и пища духовная — распятия, фигурки святых, четки, свечи, открытки на религиозные темы; торгуют плодами хлебного дерева, ананасами, фейхоа, бананами.

Чтобы попасть к резиденции епископа и находящемуся рядом собору Бай, следует перейти небольшой мостик. Как раз возле него и вздымаются метров на тридцать мачты, сделанные из толстых стволов бамбука, и ветер полощет огромные стяги Ватикана. Вдоль дороги от мостика к собору стоят в рост человека толстенные свечи. Пройдя по ней метров пятьдесят, путник попадает на церковный двор, в середине которого находится небольшой пруд. Посреди пруда искусственный островок, на нем гора со множеством искусно сделанных гротов и пещер. На вершине горы цветы и тонкие свечи, между которыми протянуты зеленые и красные ленты. Церковный двор с ухоженными газонами окружает высокая желтая стена, в которой двое больших ворот, слева и справа от собора. У правых ворот четырехметровой высоты помост. Возле алтаря в храме высится празднично убранная статуя святого Доминика с посохом в руках. Рядом со статуей новая огромная картина, на которой нарисована большая собака, держащая горящий факел в зубах. Так художник изобразил легенду о матери Доминика, которая еще до его рождения увидела собаку во сне и поняла, что сыну ее суждена необычная судьба. И действительно — Доминик распространял среди людей христианскую веру и даже принес ее во Вьетнам. Алтарь очень красив, на нем горят свечеобразные электрические лампочки, от света которых статуя святого делается какой-то таинственной и внушает вместе почтение и трепет. Перед алтарем несколько микрофонов и кресло прелата Суана, умершего несколько лет назад от туберкулеза.

Собор в Байтюнге построили много лет назад в согласии с древними архитектурными традициями, но всеобщее восхищение вызывает необычной красоты тонкая резьба по дереву и металлу. Собор невелик, меньше даже, чем церковь в селении Сангоай, но великолепие его поражает и не сравнимо ни с чем. Все и внутри и снаружи сияет позолотой. Свободно ниспадают парчовые и бархатные шторы и портьеры. Паникадила и подсвечники из чистого серебра. Скамьи в церкви сделаны из железного дерева, сиденья отполированы и натерты до такого блеска, что в них можно смотреться, как в зеркало. И нигде ни пылинки. В храме замечательная акустика, голос проповедника приобретает здесь особую глубину и проникновенность. При входе в собор привлекают внимание две огромные, величиной с лодочные паруса, фрески. На правой — большая толпа верующих, зачарованно смотрящих на святого Михаила, изображенного в центре второй фрески. У ног святого — богато одетый белобородый старец, — надо полагать, что изображен здесь тот, кто заказал и оплатил эту картину. Рядом со старцем женщина в цветастом платье и белых шароварах и ребенок в короткой рубашонке и фиолетовых штанишках. Он протягивает к матери ручонки. Но особенно тщательно выписан юноша в необычном головном уборе фиолетового цвета с красными отворотами. На юноше серо-зеленый френч, туго затянутый в талии, и сразу вспоминается форма солдат французского экспедиционного корпуса, как на плакате, который французы наклеивали на дома. Ностальгия художника по «прекрасному» прошлому или откровенно враждебный выпад против новой власти? Так или иначе, из-за этого торжественность и величавость храма страдают.