Хенрик Лангеланн - Гений

Конрад и Ягге молчали, но было ясно, что они загорелись. Тонкие губы Конрада раздвинулись. Он энергично поправлял очки, а Ягге покусывал кончик галстука.

Кристиана пронзило радостное чувство. Он знал, что сегодня он в ударе. И то, как Бьёрн кусал галстук, напомнило ему о парижском успехе.

— Кстати, наши французские друзья, — блеснул он глазами в сторону Ягге, — сумеют быстро продвинуть поисковые системы на европейский уровень.

Шеф концерна отреагировал на упоминание об «Ашетт» лишь рассеянной улыбкой. На какое-то мгновение Кристиан испугался, не сказал ли он чего лишнего. Но вдруг понял, почему Ягге смотрит так осторожно. Он размечтался! Кристиану показалось, что Бьёрн явно видел дальнейшее сотрудничество и напрягся, чтобы сдержать триумфальную улыбку. Пришло время для последнего предварительного презентационного трюка — «Сжатый кулак». Кристиан наклонился вперед и сжатыми кулаками уперся в стол.

— То, что наличные деньги — King — король, мы говорили давно. Но интернационально медиаотрасль начала фокусироваться на содержании. Содержание — это ключевое слово нашего времени. Наличные — это типично и доступно всем. А содержание — совершенно уникально.

По лицам Бьёрна Ягге и Конрада Броша Кристиан увидел, что это превзошло все ожидания. Он воспользовался их замешательством, чтобы показать еще один презентационный трюк. Это был самый подходящий трюк для напряженных моментов. С очень серьезным лицом он снял очки для чтения, помахал ими в воздухе и произнес:

— У СМГ есть финансовые мускулы, то есть наличные деньги. В то время как «Ашехоуг» и «Гюльдендаль» — скелет, то есть содержание. Таким образом, мы получаем Кинг Конга от медиаиндустрии.

Кристиан немного помолчал, потом снова надел очки и медленно сел. Ягге, казалось, был доволен.

«Йес! Получилось!» — ликовал он в душе, разглядывая крошки на поверхности стола. Сейчас очередь Бьёрна и Конрада выступать с возражениями.

Прошло восемь секунд, прежде чем два директора зашевелились. — Кристиан считал секунды. Первым опомнился Конрад.

— Как ты думаешь протащить это через власти? Мы ведь не лучшие друзья с Сигве Грамстадом в инспекции по собственности. Я сомневаюсь, что департамент одобрит такую закупку.

Кристиан самоуверенно улыбнулся. Этого вопроса он ждал. Он снова посмотрел на «Патек Филипп», чтобы проверить время, а заодно показать, какой пустой и смехотворный вопрос задал Конрад. Еще пять-десять минут для возражений. С этим вопросом Конрада он разделается в два счета.

— Об этом я, естественно, думал. Вы правы, что мы не в лучших отношениях с «Грамстад и К°». Но в этом деле они нам и не нужны. Издательская отрасль не подчиняется инспекции по собственности. Так называемый закон о собственности в медиаотрасли от 13 июня, номер пятьдесят три, — эту сказку он выучил давно, — касается только работы в ежедневной прессе и в радиопередачах. Так что ограничения, с которыми мы, возможно, встретимся, не касаются издательской деятельности.

Слова Кристиана задели Ягге. Каждый раз, когда шеф концерна СМГ слышал «Комитет по собственности» или имя Грамстад, он страшно краснел и начинал хмыкать.

— Но мы можем использовать это для нашей выгоды, — продолжил Кристиан с энтузиазмом. — С тех пор как брат Эдварда Грига совершил знаменитую закупку «Гюльдендаля», распустив профсоюз в 1905 году, норвежские власти приняли аргумент о том, чтобы сохранить национальные издательства в норвежских руках. — Об этом он знал совсем немного. Что-то Эрленд такое рассказывал на ланче в «Габлере» перед поездкой в Париж. Собственно, на первой презентации он и не думал говорить нечто подобное. Но в пятницу Эрленд убедил его в том, что это важно с точки зрения культурной политики. И сейчас, после вопроса Конрада о позиции властей, очень уместно было ввернуть деталь из истории норвежской издательской отрасли. — Однако этот национальный аргумент может скоро обернуться против нас же: ни «Ашехоуг», ни «Гюльдендаль» ничего не имеют в своих статусах, что обеспечивает им норвежское владение. Кстати, забавно, что главный акционер «Гюльдендаля» Эрик Муст никогда ничего не делал. А Аугустус, как мы все хорошо знаем, грамотно обеспечил основное владение в «Скандинавской медиагруппе». Часть владения составляет двадцать шесть и одну десятую процента. Эта ядовитая пилюля против иностранного захвата действует несколько подавляюще на развитие курса СМГ, но это может оказаться ценным. Мы можем продемонстрировать властям, что СМГ — один из гарантов, которые продолжают доминировать в сфере норвежского владения в книжной отрасли. А возможно, это вообще единственный гарант.