Шэн Кэи - Красные туфельки

Девушка жила у родителей целый месяц: спи сколько хочешь, а папа и мама позаботятся о еде и одежде. У неё было прекрасное настроение — она напрочь позабыла обо всех неудачах. Лэй Ле слёзно умолял родителей наставить дочку на путь истинный и убедить вернуться к нему. Вэнь Сяонуань и не думала возвращаться, пока он не поставил ультиматум: «Если не вернёшься, так и знай — я разделаюсь с твоими четырьмя кошками». Девушка знала, что у Лэй Ле не хватит смелости на решительные действия, однако притворилась, что поверила, и вернулась в Пекин. Когда она сошла с поезда, они просто переглянулись — никаких жарких объятий и романтических слёз. Словно старые друзья, они похлопали друг друга по плечу и поехали на съёмную квартиру. Увидев своих кошек, Вэнь Сяонуань смягчилась и ласково улыбнулась. Она проверила кошачий корм и наполнитель для кошачьего туалета и одобрительно кивнула. Только когда девушка навозилась с кошками, подошла очередь и Лэй Ле получить немного ласки.

Он не любил этих толстомордых кошек с торчащими ушами, которые только и знали, что есть да спать. Они с гордым видом разгуливали по дому, царапая и грызя всё вокруг, и ничего не боялись. Но ему оставалось только смириться, ведь Вэнь Сяонуань любила кошек больше жизни, а бриллианты, розы и красивые наряды были ей неинтересны. Кошки были беспородные: двух подобрали на улице, двух других прежний хозяин подбросил Вэнь Сяонуань, зная о её страсти к этим домашним питомцам. Когда она была на третьем курсе, он принёс ей сначала одну, потом другую. Девушка хотела было приютить ещё одного бездомного кота с нижнего этажа, но спасовала перед гневным протестом Лэй Ле и, надув губы, отказалась от этой идеи. Четыре кошки — это было уже слишком! По всему дому мелькали их силуэты, в ушах звенело их наглое мяуканье. Эти животные приспособлены жить где угодно и есть что угодно, и люди обычно не уделяют им внимания. Но в доме Вэнь Сяонуань кошки стали любимицами. Девушка только о них и говорила — так переживала, что у одной аппетит испортился, другая линяет, третья снова обидела четвёртую, будто сама стала одной из них. Однажды когда кошка выпрыгнула из раскрытого окна и её долго не могли найти, Вэнь Сяонуань два дня не ела и таращила заплаканные глаза в ожидании своей блудной дочери. Лэй Ле притворялся, что утешает подругу, а в душе радовался: одной кошкой меньше — меньше забот да хлопот. Вечером он потащил Вэнь Сяонуань в ресторанчик на первом этаже. Она уже два дня не ела и теперь с кислой миной палочками ковыряла еду в тарелке, как будто не она, а палочки хотели подкрепиться. Ещё несколько дней она хандрила, пока не услышала знакомое мяуканье под навесом у входной двери, где в уголке с наглым видом сидела грязная вонючая кошка. Вэнь Сяонуань была без ума от радости. Она осторожно при близилась к животному, словно опасаясь, что её любимица на самом деле не хочет возвращаться, и боясь спугнуть её резким движением. Поразмыслив, она велела Лэй Ле достать сумку-переноску для кошек. Тот послушно исполнил приказ, и вскоре настоящая хозяйка, пропадавшая незнамо где несколько дней, с бесстыдным видом вернулась в дом.

Будучи добытчиком, Лэй Ле содержал безработную Вэнь Сяонуань и её четырёх кошек. Девушка целыми днями ходила в ночной рубашке: поев, спала, поспав, ела, только в самом крайнем случае выходила на улицу. Но она ни капельки не потолстела, была такой же тоненькой, словно былинка. От безделья девушка стала изучать кулинарию. Она с деловым видом накупила поваренных книг, раздобыла новые кухонные принадлежности, и в убогой кухоньке съёмной квартиры засияли чистотой все кастрюли и миски. Глядя на её сосредоточенный вид, Лэй Лэ раздумывал, купит ли она ещё и поварской колпак: похоже, его подруга не ограничится ролью любителя, а возьмётся за дело как заправский кулинар. Теперь каждый день из кухни доносились новые странные запахи: мисо-суп, груша в красном вине, жареная макрель, засахаренные фрукты… Деликатесы Пекина, Шаньдуна, Сычуани, Гуандуна, древняя и современная, китайская и заморская кухня. Вэнь Сяонуань даже отправилась на оптовый рынок в поисках формы для приготовления супа из листьев лотоса, которым лакомился Цзя Баоюй — герой романа «Сон в красном тереме». [42] «Сон в красном тереме» — классический роман средневековой китайской литературы. Лэй Ле рассчитывал, что на столе наконец появится домашняя пища, и никак не ожидал, что придётся каждый день, стиснув зубы, пробовать новое блюдо. На самом деле еда была вкусной, и он вынужден был признать, что у девушки врождённые способности к готовке. Его смущало только чрезмерное увлечение Вэнь Сяонуань разнообразными новинками и её неоправданные расходы на изысканные ингредиенты. Получалось, что домашняя еда стоила почти столько же, сколько обед в ресторане.