— Случилась, можно сказать, авария, — сказал Вернер. — Дорожная авария.
— Да?
— Такси, в котором я ехал, сбило скутер, — объяснил Вернер. — Подросток на скутере, кажется, умер.
— Вот черт, — сказал капитан.
— В любом случае, таксиста увела полиция. И мне пришлось ловить другое, что было непросто в такое время.
— Еще бы, — сказал капитан. — Грустно вышло. С этим подростком.
— Ну да, — сказал Вернер и через минуту добавил: — Знаешь, у меня была сестра — она умерла, когда мне было пять лет.
— Да?
Капитан, очевидно, плохо представлял, что ему делать с этой информацией. Они с Вернером мало знали друг друга, и Вернер никогда ему не рассказывал ничего существенного о своей личной жизни.
— Она была старше тебя? — спросил капитан, пытаясь проявить что-то вроде искреннего интереса.
— Нет, младше. Ей было три.
— Наверно, тяжело было твоим родителям, — сказал капитан.
Вернер сказал, что тяжело.
На какое-то время у них в квартире исчезли фотографии Лизль. Позднее некоторые появились снова, и ему было странно видеть их, потому что к тому времени он уже забыл, как она выглядела. И естественно, что на фотографиях она выглядела так же, как и раньше, тогда как он был уже старше на несколько лет. Тогда он впервые задумался, какой она могла быть теперь, если бы была жива. Он все еще иногда думал об этом — не только о том, как она могла бы выглядеть, но и о том, как могла сложиться ее жизнь. Ей бы теперь было тридцать три. Когда он подумал об этом, у него возникло жутковатое чувство ее отсутствия в этом мире.
Как только они приземлились в Сан-Паулу, ему стало ужасно не по себе при мысли об очередной ночи в отеле в одиночестве. Он ненавидел это тихое уединение отельных номеров. Сегодня он был в номере на двадцать третьем этаже, и окна там не открывались. Он взял стакан из ванной и бутылку «Wild Turkey», купленную на бегу в аэропорту Дакара. Налил немного в стакан. А затем, хотя во Франкфурте был третий час ночи, он снова попытался позвонить Сабине, зная, что она не ответит. За последние сутки он звонил ей много раз, и она ни разу не ответила, а теперь там, где она жила, была глубокая ночь. И все равно его сердце замирало, когда он набирал цифры, проникавшие, мягко пиликая, в электронные сети, простиравшиеся до другого края света. Секунды сменяли друг друга, секунды тишины. И вдруг, словно по волшебству, словно случилось что-то по-настоящему невозможное, у него в ухе прозвучал ее голос:
— Привет, Вернер.
— Ты еще не спишь? — только и смог сказать он от удивления.
Он смотрел в окно на безмолвные огни Сан-Паулу, как они мерцали вдалеке, словно мираж.
— Ага, еще не сплю, — сказала она. — Ты как там?
— Окей, — сказал он.
Их разговор длился не больше пяти минут, и когда он закончился, ему захотелось, чтобы он еще не приземлялся.
4. GRU — YYZ [6] Гуарульюс — Торонто-Пирсон.
СЛЕДУЮЩИМ УТРОМ ей нужно было выпроводить пилота прежде, чем уйти самой. Он все еще спал в ее постели.
— Эй, — сказала она. — Эй, мне нужно идти.
Он открыл глаза: голубые. На его большой челюсти пробивалась рыжая щетина. Он огляделся, соображая, где он. По окну шлепали капли последнего дождя этого лета в Сан-Паулу.
— Сколько сейчас времени? — спросил он наконец, подняв голову от подушки.
— Почти одиннадцать, — сказала она. — Мне нужно уходить через десять минут.
Он огляделся более сосредоточенно, пытаясь, кроме прочего, найти свою одежду, и спросил, может ли он принять душ по-быстрому.
— Конечно, — сказала она. — Если хочешь. Но, как я сказала, мне нужно уходить через десять минут.
Прошлым вечером, когда он к ней пришел, он все никак не мог наговориться. В какой-то момент она даже подумала, что, может быть, она нужна ему только для этого. Бывают такие мужчины. Ее покачивало от выпитого «Хайнекена», и она спросила его, какие самолеты он пилотировал.
— «МакДоннел Дуглас МД‑11Ф», — сказал он. — Грузовой.
— Грузовой? — спросила она, делая еще один нетерпеливый глоток.
Они сидели бок о бок на диване.
— Ага.
— И как оно?
Он пожал плечами.
— Несильно отличается от пассажирского, — сказал он.
— А на пассажирских ты тоже летаешь?
— Раньше летал.
Она вдруг испытала ощущение чего-то сюрреального, даже слегка угрожающего от присутствия этого рослого незнакомца в ее квартире.
— Так почему ты перешел? — спросила она.
Он снова пожал плечами. Он сидел на краешке дивана, словно не собирался надолго задерживаться.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу