Люсинда Райли - Сестра ветра

– Что скажешь? – поинтересовался у меня Тео.

– Ты прав. Вид отсюда открывается действительно прекрасный.

Какое-то время я молча слушала, как Тео пространно рассказывает мне о том, какого архитектора он нанял для проектирования своего будущего дома и что за кухню он планирует расположить прямо на этом месте. А вот там будет просторная гостиная с выходом на террасу, откуда открывается отличный вид на море. В какой-то момент, не в силах более выносить царящую в сарае вонь, я беспомощно тряхнула головой и, путаясь в собственных ногах, поплелась на выход. На улице я почти бегом свернула за угол, скорчилась вдвое, и меня тут же вырвало.

– Алли, что?! Тебе опять плохо?

Тео подбежал ко мне и обвил рукой за талию, поддерживая, чтобы я не упала. Я с несчастным видом мотнула головой.

– Нет-нет, все хорошо. Я просто… я просто…

А потом плюхнулась прямо на траву и разревелась во весь голос, словно маленький ребенок. И начала рассказывать ему о том давнем происшествии, случившемся с нами на дорогах Турции. И о том, как я горюю об умершем отце. И о том, как мне стыдно, что Тео вторично видит меня в таком тошнотворном состоянии.

– Алли, это я должен просить у тебя прощения. Я виноват. Как я мог быть таким бесчувственным? Конечно, ты устала после соревнований, это факт. Да и душевная травма, связанная с неожиданной смертью отца, тоже еще слишком свежа. Но ты так умело скрывала свои переживания, держалась все это время так стойко, что даже я, привыкший всегда гордиться тем, что хорошо умею читать переживания и настроения других людей, дал себя обмануть. Сейчас же звоню одному своему приятелю из здешних. Он приедет за нами на машине и немедленно доставит домой.

У меня не было сил спорить. Сидя на траве, я лишь молча наблюдала за тем, как он достал из кармана свой мобильник и стал названивать кому-то. Солнце уже скрылось в море, плескавшемся внизу. Понемногу я пришла в себя и, глянув вдаль, решила, что пейзаж действительно просто великолепный.

Минут через десять Тео, подстраховывая сзади, кое-как стащил меня немного вниз по склону и усадил в старенький-престаренький «Вольво», за рулем которого сидел такой же старый водитель. Тео коротко представил его мне, назвав Креоном. Проехав еще немного вниз, машина свернула вправо и проследовала дальше по пыльной ухабистой дороге, которая, судя по всему, вела в никуда. Однако на сей раз я ошиблась. Доехав до самого конца дороги, машина остановилась, и я увидела приветливо манящие к себе огоньки в окнах красивого дома, примостившегося прямо на краю утеса.

– Добро пожаловать в дом, родная! – торжественно провозгласил Тео и ввел меня в огромный холл. И тут же перед нами возникла кареглазая женщина средних лет. Она тепло обняла Тео и промолвила ему что-то на греческом.

– Ирина работает у нас экономкой, – пояснил он мне. – Она сейчас проводит тебя в твою комнату и приготовит ванну. А я вместе с Креоном съезжу в порт и заберу с яхты наши вещи.

Ванна была установлена прямо на террасе, которая, как и весь дом, была вырезана из цельного камня с несколько неровной поверхностью. Весь утес, плавно спускавшийся к пенившейся морской глади, тоже состоял из таких же огромных шероховатых камней. Вдоволь понежившись в ванне, наполненной ароматизированной водой с пышной пеной сверху, я вылезла на террасу и пошлепала босиком к себе в спальню. Огромная, просторная комната, наполненная воздухом и поражающая своей роскошью. Потом я отправилась изучать дом. Элегантно обставленная гостиная с выходом на еще одну обширную террасу, с которой открывался еще один потрясающий вид на море. А внизу бассейн поистине гигантских размеров. В нем, пожалуй, впору проводить олимпийские соревнования по плаванию, подумала я. Обойдя дом, я решила, что он очень похож на наш Атлантис. Только наш дом притаился в лесу, а этот вознесся на вершину скалы.

Натянув на себя мягкий махровый халат, который кто-то заранее предусмотрительно положил на мою кровать, я удобно устроилась в одном из кресел, стоявших на террасе. Тут же передо мной возникла Ирина с бутылкой охлажденного белого вина и с двумя бокалами.

– Спасибо, – коротко поблагодарила я ее.

Я отхлебнула немного вина и уставилась в ночное небо, усыпанное звездами. После стольких дней, проведенных в море, я по достоинству оценила ту роскошь, которая меня окружала. Сейчас я точно знала, что, когда привезу Тео в Атлантис, он там будет чувствовать себя, как говорится, в своей тарелке. В прошлом я часто приглашала к себе погостить подружек и одноклассниц из закрытой школы-пансиона, в которой училась. Некоторых звала с собой и в морские круизы на нашей яхте «Титан». И всякий раз я видела, как мои общительные подружки буквально теряли дар речи при виде той роскоши, в которой мы жили. А потом они уезжали к себе, но когда мы встречались снова, то от них уже откровенно веяло холодком. И я буквально кожей чувствовала их недоброжелательность по отношению к себе, которую сегодня я бы назвала обыкновенной злобой. Словом, как правило, нашей дружбе приходил конец.