Люсинда Райли - Сестра ветра

Пип попытался оттащить сынишку от площади. Но Феликс словно к земле прирос. Стоял как вкопанный и тыкал пальчиком в одно из тел.

– Папа, пойдем разбудим маму.

Алли

Берген, Норвегия

Сентябрь 2007 года

42

Слезы жгли мне глаза. Том, который нервно расхаживал по комнате, пока рассказывал мне эту печальную историю, закончив свой рассказ, устало рухнул на стул.

– Боже! Том! У меня просто нет слов… Какой ужас! – прошептала я наконец.

– Да, душераздирающая история. Трудно поверить в то, что все это случилось сравнительно недавно, каких-то два поколения тому назад. И где? Здесь, в Бергене, который показался вам таким тихим и безопасным уголком, затерянным на краю земли.

– Не могу себе представить, как Пип выжил после гибели Карин. Ведь он наверняка винил в ее смерти только себя.

– Алли, я… То есть я хочу сказать, что он и не выжил…

– Что вы имеете в виду?

– Пип после того, как обнаружил тело Карин среди убитых на площади, отвез Феликса к своим родителям. Потом сказал Хорсту и Астрид, что пойдет прогуляется по лесу, что ему, дескать, надо побыть одному, чтобы все обдумать. Но наступила ночь, а Пип все не возвращался. Тогда Хорст отправился на его поиски. И нашел его тело в лесу неподалеку от дома. Пип застрелился из охотничьего ружья Хорста. Нашел ружье в сарае под навесом и покончил жизнь самоубийством.

На какое-то мгновение я лишилась дара речи, столь велико было мое потрясение от того, что сообщил Том.

– Боже мой! – снова повторила я. – Бедный Феликс… Бедный мальчик…

– О, не переживайте вы так сильно, – резко оборвал меня Том. – С ним-то как раз все оказалось в полном порядке. Он на тот момент был еще слишком мал, чтобы понять все, что случилось. Разумеется, Хорст и Астрид забрали мальчика к себе.

– Но потерять обоих родителей в один день… Остаться круглой сиротой…

Я взглянула на лицо Тома и поняла, что мне лучше заткнуться.

– Простите меня, Алли, – повинился Том, видно, почувствовав, что перегнул палку по части жесткости. – Однако в жизни Феликса случались и более тяжкие моменты, как мне кажется. Хорст и Астрид никогда не рассказывали ему, при каких обстоятельствах погиб его отец. Но нашелся один умник в Филармоническом оркестре Бергена, который решил пролить юноше свет на эту давнюю историю. Собственно, он был абсолютно уверен в том, что Феликс все знает.

– Ужас! – Я снова невольно содрогнулась.

– Ему тогда было двадцать два года, и он только-только приступил к работе в оркестре. Я часто думаю, уж не это ли заставило его так резко перемениться впоследствии. Он действительно полностью слетел с катушек, утратил всяческие жизненные ориентиры, начал пить и…

Том оборвал себя на полуслове.

– Вполне возможно, вы правы, – осторожно ответила я. Хотя на самом деле мне хотелось сказать ему другое. «А ты как думаешь? Узнать такое о своем отце. Да тут любой может слететь с катушек…» Но я воздержалась от развернутых комментариев.

Внезапно Том подхватился со своего места и глянул на часы.

– Нам пора, Алли. Или мы опоздаем на прием к врачу.

Мы поспешно вышли из дома, уселись в машину, и Том на полной скорости погнал в центр Бергена. Подъехав к приемному покою, он круто развернул машину и остановился прямо у входа.

– Ступайте! А я присоединюсь к вам, когда припаркуюсь.

– Право же, Том, в этом нет нужды. Я управлюсь сама.

– Нет-нет! Я подойду. Обязательно. Знаете, в Норвегии далеко не все владеют английским или французским. Мало ли что… Удачи вам. – Он улыбнулся и поехал в сторону парковки.

Меня пригласили к врачу немедленно. Принимала женщина. Ее английский был далек от совершенства, но в целом она прекрасно поняла все то, что я попыталась объяснить ей. Она задала мне множество вопросов, потом тщательно ощупала мой таз.

Когда я поднялась с кушетки, врач сказала, что хочет взглянуть на мои анализы крови и мочи.

– Как вы думаете, что со мной может быть не так? – поинтересовалась я, заметно нервничая.

– Когда у вас в последний раз были месячные, мисс…э… Деплеси?

– Я… – растерялась я от неожиданности, потому что начисто забыла об этом. – Я… не уверена.

– Есть ли вероятность того, что вы просто беременны?

– Я… я не знаю, – проговорила я, запинаясь, не в состоянии уразуметь всю грандиозность того события, о котором она меня только что оповестила.

– Что ж, сейчас мы проведем анализ крови, чтобы исключить все другие возможные варианты. Однако ваша матка существенно увеличена. Вполне вероятно, причина ваших недомоганий лежит на поверхности. Такое состояние типично для первых нескольких недель беременности. На глаз я бы поставила вам срок два с половиной месяца.