Татьяна Василевская - Если бы

Прощание получилось немного грустным. Не так должно все было быть. Если бы ничего не произошло, за день или два до отъезда накрыли бы они у себя в лагере большую «поляну». Выпили, поговорили по душам на последок, повспоминали бы забавные случаи, произошедшие за долгие девять месяцев, которые они провели вместе. Но вышло не так. И поэтому всем было жаль, как будто недополучили они чего то хорошего и важного, что осталось бы в их памяти на всю оставшуюся жизнь, одним из тех воспоминаний которые потом вызывают улыбку, и забыв все трудности и невзгоды, через которые пришлось пройти, думаешь вот было время!

Обменялись адресами. Пора было уходить. Ребятам рано утром нужно было возвращаться в лагерь.

Сергей к этому времени уже вспомнил, может без лишних подробностей, но вспомнил, что произошло.

— А что с Зимой будет? — спросил он. Николаич пожал плечами.

— Посадят. А что с ним может быть, если он тебя, чуть на тот свет не отправил.

Сергей задумчиво смотрел куда то мимо него.

— Да он пьяный был. Не соображал, что делает. Не хотел он… — сказал Сергей.

Лицо Николаича стало суровым.

— Он тоже все твердил, что не хотел. Хотел, не хотел это ничего не меняет. Он человека чуть не убил. А если он в следующий раз напьется и убьет кого ни-будь? Что тогда?

Сергей упрямо повторил:

— Он не хотел. Ты же знаешь, он не такой.

Николаич махнул рукой, не хотел спорить перед расставанием. Паша, что бы разрядить обстановку сказал:

— Кукушонок очень переживал. Ревел как маленький, с нами просился. А когда мы Андрея в вездеход повели, он как кинется на него. «Убью гад!», — орет. И откуда столько сил взялось, ребята еле оттащили его. Пока мы отъезжали так и держали, а он все вырывался и кричал. Вы там повидайтесь с ним в Москве. Хороший паренек. Зеленый еще совсем, но с характером. Мужик оказался. — Паша засмеялся. — Я думал он к мамке прямо из аэропорта сбежит, в первый же день.

Все улыбнулись. Пора было прощаться. Наскоро пожали Сергею руку, каждый жал очень осторожно, как будто боялся повредить хрупкую вещь.

Рано-рано утром вертолет доставил Сергея в Среднеколымск. Где уже ждал небольшой военный самолет.

Радион Петрович обладал самыми разнообразными полезными связями. Сергей улыбнулся, подумав, смог бы отец Вована, в случае необходимости, раздобыть подводную лодку. Во всяком случае, и такое вполне могло случиться.

Самолет оторвался от земли и, набирая скорость, устремился вперед, в западную часть огромной страны. «В Москву! — думал Сергей. — Наконец-то в Москву…».

Рано утром Николаич отправил Саню с Пашей заводить вездеход.

— Спасибо Вам за все. Выручили нас. И приютили, и обогрели. -поблагодарил он Зою.

— Будете в наших краях, милости просим. — улыбнулась она ему, но глаза у нее были грустные.

Пора было ехать. И понимая, что тянуть время и глупо и бессмысленно Николаич все таки не мог заставить себя окончательно попрощаться и уйти.

— Что-то крыльцо у Вас совсем покосилось. — нашел он повод задержаться еще на несколько секунд. Зоя сокрушенно махнула рукой.

— Да, не говорите. Того и гляди совсем обвалится. Вот, в следующем месяце, в отпуск пойду, так позову ребят из лесхоза. Тогда они и починят.

Николаич смотрел на нее и мучительно пытался принять решение. Решившись наконец, он быстро сказал:

— У меня отпусков накопилось не отгулянных лет за десять, начальство меня все ругает за это. Так может, я тоже возьму отпуск и приеду, починю Вам крыльцо.

Светлая улыбка озарило ее милое доброе лицо.

— Приезжай, Ваня. Я буду ждать.

Зоя наклонилась к нему и поцеловала в небритую щеку.

Николаичу показалось, что он сейчас задохнется от переполнивших его в это мгновение чувств.

— Я приеду. — твердо сказал он и побежал в сторону уже вовсю тарахтящего вездехода, сдерживая себя, что бы не начать подпрыгивать как молодой козленок или не заорать, что-нибудь во все горло от переполнявшего его чувства радости.

После окончания летней сессии будущим архитекторам полагалось пройти месячную практику в одной из организаций связанных с их будущей профессией.

Веру пригласило архитектурное бюро, директора которого впечатлил ее курсовой проект. Вовану отец предложил пристроить его, для прохождения практики, в одно из посольств, здание которого реконструировали и там требовался человек на подхвате, для исполнения мелких поручений архитектора проекта. Вован отказался и стал напрашиваться вместе с Верой. Директор бюро курсовую работу Вована тоже видел и счел ее весьма талантливой и перспективной. Но сам студент был просто неуправляем, и только после того как Вера пообещала присматривать за ним и контролировать его действия во время работы, директор дал согласие взять и Вована.