Алексей Евстафьев - Добрые книжки

— Да чепуху ты несёшь, я тебе не верю. — беспокойно заелозил мужичок, повидавший дураков. — У меня тётка живёт в Воронеже, она постоянно мне оттуда звонит и говорит, как хорошо живётся у них в Воронеже, и до чего люди всем довольны. А брюзги типа тебя всегда найдутся — всяческая алкашня да скоты двуличные — они дальше своего болота ничего видеть не хотят, замкнулись в собственных идиотских представлениях о реальности. Отсюда и дрянь всякая прорастает русофобская, и наличие суицидов среди молодёжи, типа каждый хочет выебнуться тем, что кококо-потерянное поколение-один я нитакойкакфсе-говна вам пирога !.. А я так понимаю, что это не потерянное поколение, а просто пидорасы. А пидорасы были всегда, и коррупция была всегда, и только Путин может всё это пресечь и побороть, но ему жиды не дают, а жиды тоже были всегда.

Мужички почтительно заслушались и сделали вид, что они сами о чём-то таком догадывались, но никто достаточно толково им этого разъяснить не мог. Или не хотел.

— Граждане, вы должны понять, что жидовня относится к тем же паразитам, что клещи и комары! — бойко уведомлял несознательных товарищей мужичок, повидавший дураков. — Именно она управляет финансами и банковской сферой, устанавливает проценты на ипотеку, и поэтому мы не можем позволить купить себе новые квартиры, чтоб жить в полноценном удовольствии и размножаться для упрочения русского рода. А такие вот, как наш Сява — это доморощенные интеллигенты, и даже, проще говоря, черти, которых не жалко угандошить, потому что они хуже любого предателя: они не за деньги, а за ложную идею жидам прислуживают. А я работал в госструктурах и служил в ВДВ, я эту тварь могу сломать, как щепку. Но надо ли мне это делать сейчас?

— Не надо, не надо. — товарищи поспешили успокоить разбушевавшийся дух. — Нашего Сяву разве можно обижать?.. Он ведь не плохой пацан, если по сути рассматривать, он просто так иногда заговаривается ни к селу ни к городу — а этого с кем только не бывает.

Сява с примирительной усмешкой косился на соперника, и робко манифестировал, что в массах философствующей толпы ему завсегда приходится туго.

— Если вы просите, мужики, то я никого не обижу! — пообещал задира. — Но и себя в жопу поиметь никому не позволю — с этим фактом вы тоже как-нибудь смиритесь.

— Не выражайся, тут же дети! — ещё раз призвал Алексей Николаевич.

Во дворе появился сутуловатый, расслабленно гундосящий мужичок Михалыч. Чудным образом он умудрялся одновременно смотреть в глаза собеседника и изучать пространство вокруг сантиметр за сантиметром, неизменно обнаруживая что-то практически важное для себя. Он не был компанейским мужичком, и даже отчасти всех раздражал, но сегодняшнее любвеобильное солнышко сближало ещё и не таких мозгоклюев.

— Чего ищешь, Михалыч? чего такого хорошего потерял? — приветствовал его улыбчивый Толян. — Зачем солнечными лучиками раздражаешь обонятельные нервы?..

— Ась? — откликнулся Михалыч, подходя ближе.

— Говорю, что неугомонный ты имеешься у нас такой человек! рыскаешь целыми днями по посёлку, всё ищешь чего-то, а ни с кем не делишься найденным! — игриво пожурил Толян.

— Да что ты выдумываешь, дружок, ничего я не ищу! я уж старенький совсем, мне ничего не надо! — сердито фыркнул Михалыч, перескакивая глазами с одной веселящейся физиономии на другую. — Вот раньше, при коммунистах, можно было и поискать, раньше на дорогах и деньги валялись — по пять копеек люди находили, и даже по десять, и тогда на эту мелочь можно было и булку в магазине купить — а сейчас ничего не валяется.

— При коммунистах раньше и квартиры бесплатно давали, а сейчас только если сам себе квартиру купишь. — вздохнул Санёк, имеющий странное свойство постоянно ковыряться пальцами в ушах, как будто в голове его очевидно сквозило. — А чтоб квартиру купить, надо деньги иметь, а деньги надо ещё постараться заработать.

— Сейчас квартиру себе купить — это большая проблема. — со знанием дела прогундосил Михалыч. — Сейчас полно таких ловкачей, что ты придёшь к ним квартиру покупать и деньги заплатишь, а потом окажется, что ты вместо квартиры купил бумажку, которой можно только подтереться. Причём, бумажка со всеми подписями и печатями, составлена по принципу, внушающему доверие, а ты идёшь ей подтираться в чужой санузел и ругаешься.

— А даже если и купишь квартиру, то соседи могут такими пакостниками оказаться, что мало не покажется. — заявил Шебуршунчик. — Мне сеструха про себя рассказывала, а я попробую задержать ваше внимание на несколько минут, и перескажу сеструхину историю, если вы готовы её выслушать.