Джерри Спинелли - С любовью, Старгерл

Если не считать небольшой хромоты, шрама над одной бровью и «привычки» источать дымный запах, здоровье мое вернулось в норму. И в этом немалая заслуга Пуси. Она каждый день расчесывает мне волосы, напевая при этом мелодии собственного сочинения. Иногда является с маленьким белым ранцем, на котором написано «МЕД». Достает оттуда игрушечный градусник и сует мне в рот. Потом прослушивает сердце стетоскопом (тоже игрушечным), закрывает глаза, покачивает головой и бормочет: «Гм-м… гм-м…» Приносит стакан воды и заставляет принять «лекарство» (конфетку из перечной мяты). Какое-то время, всякий раз, как мы встречались, Пуся снимала с меня обувь, носки и подолгу массировала мне ступни. Мне, конечно, нравилось – но пришлось положить этому конец после того, как мы в «Голубой комете» наткнулись на ужинавшую там чету Принглов и Пуся решила продемонстрировать эту процедуру им.

Завтра четверг. «Календарный» день. И я помышляю о том, о чем и помыслить нельзя. О том, чтобы не пойти. Потому что боюсь наткнуться там на Перри. Кто бы мог подумать, что мое «солнцестоятельное» расписание может поколебать такая чудна́я причина.

Все-таки пошла. Спасительной идеей стало позвать с собой Эльвину. Попросила ее переночевать у нас и составить мне компанию перед рассветом.

– И в школу можно будет не идти? – уточнила она.

– Ну уж и не идти… После восхода у тебя будет более чем достаточно времени, чтобы туда добраться.

– Тогда иди одна, – выдавила она.

Я прямо застонала:

– Ну ла-а-адно. Останешься дома и зависнешь со мной на весь день – но только если разрешит твоя мама.

Вернувшись после телефонного разговора, Эльвина объявила:

– Мама не против. Говорит, это можно считать чем-то вроде практики.

– К тому же со мной ты не попадешь ни в какую переделку.

– Откуда ты узнала, что она это сказала? – напустилась на меня «сестренка».

– Я ясновидящая.

Если я и испытывала вину, то только самую малость. Ее мама в конце концов права: Эльвине эта прогулка пойдет только на пользу, не говоря уж о том, что таким образом у меня появится возможность поделиться с ней частичкой себя. А о том, что она станет частью моего отвлекающего маневра, ей знать совсем не обязательно. Если появится Перри, то присутствие моей маленькой подруги удержит его от попыток сближения со мной и снимет напряжение.

Однако к ночи я уже пожалела об этой затее – а также о том, что у нас такой маленький дом – и нет гостевой спальни. Эльвина легла со мной – но с Пусей, спящей всегда без задних ног, у нее не оказалось ничего общего. Всю ночь она елозила и молотила меня всеми конечностями. В общем, из постели я ее вытаскивала без всякого сочувствия. И одевать ее пришлось в основном мне. Если бы не план «Антиперри», ей-богу, оставила бы девчонку спать. Видел бы ты это зрелище: мы с мамой буквально сражаемся с Эльвиной и одновременно стараемся удержать равновесие, чтобы не улететь всем с лестницы. Естественно, внизу ей захотелось остаться на крыльце, свернувшись калачиком рядом с мамой, но я потянула ее за собой по Раппс-Дэм-роуд сквозь танец белых снежинок в мягком свете, струившемся с соседских крылец.

Перри у Календаря не было. Я почувствовала облегчение, но бдительности не потеряла. Пошарила вокруг лучом фонарика. Все ждала, что он выступит из темноты или раздастся его голос. Холод разбудил Эльвину гораздо лучше, чем это сделала я. Увидев арку из белых колышков, она заметила: «Класс». Я объяснила ей суть своей системы. Рассказала, что таким способом рассчитывали время и свое местоположение люди в доисторическую эпоху. О вечном круговороте времен года и тому подобном.

Дала ей размотать веревку. Снегопад прекратился. Мы стали ждать. Небо пока оставалось серым, в нем высоко стояли облака. Солнце встало каким-то размытым пятном, но для дела большего и не требовалось. Я быстро выкопала ямку, Эльвина вставила в нее вешку. Кулаком утрамбовала разрыхленную почву. Намотала веревку обратно на деревянный столб. Постояла немного, обозревая горизонт, только что озаренный светом звезды, расположенной в ста пятидесяти миллионах километров от нас. И опять сказала: «Класс».

– Погоди минутку, – сказала я и присела на мерзлую, комковатую землю спиной к «чумазому» рассвету за облаками, лицом к западу – к тебе. Закрыла глаза и сделала то, о чем думала давно: отправила тебе мысленное сообщение. Точнее, вопрос. Надеюсь, ты его получишь.