Хелен Брайан - Долина надежды [litres]

– Гортензия! – грустно повторяли они.

Они тосковали по Франции и торопились вернуться в Луизиану. Тем временем на Именинном балу Анри произнес тост за здоровье короля Англии.

– Боже, храни короля! – воскликнул он и поздравил себя с тем, что план сработал.

Как и предсказывала мадам де Помпадур, Анри действительно оказался в нужном месте, чтобы подслушать виргинские сплетни, с чем он блестяще справился. В его присутствии люди вели себя на удивление неосторожно, и он сумел составить подробное досье на губернатора, равно как и подготовить отчет о планах Британии, наброски и карты региона, убедиться в общей некомпетентности виргинской милиции и скором прибытии британских войск. А вот отзывы о полковнике Вашингтоне в большинстве своем были благоприятными.

И сейчас для своего отчета Анри уточнял одну важную деталь: способен ли танцующий полковник Вашингтон вообще командовать чем-либо или же он просто очень высокий молодой человек, которому, судя по выражению его лица, жмут туфли. Затем до его слуха вновь донеслось имя Вашингтона, когда группа плантаторов проходила мимо, направляясь от карточного стола в столовую, дабы подкрепиться легкими закусками и промочить горло. Анри извинился, отошел от сплетничающих дам, осторожно промокнул лицо носовым платком и небрежной походкой последовал за мужчинами в столовую.

В столовой было еще жарче, чем в бальной зале. Здесь было не протолкаться среди раскрасневшихся мужчин, которые пожелали ненадолго оторваться от карточного стола и много пили, громко обмениваясь мнениями. Анри вновь промокнул лицо. Комната была залита сиянием множества свечей, укрепленных в светильниках на стенах. Серебряные канделябры освещали огромные столы, заставленные пирогами с дичью, запеченными крабами под острым соусом, черепаховым супом, виргинской ветчиной, сливками, сбитыми с вином и сахаром, фасонными пирожными с марципаном, печеньем, засахаренными фруктами и целой горой доставленных с побережья Карибского моря ананасов, которые занимали центральное место в окружении винограда, груш и персиков из дворцового сада. Анри умирал от голода и как раз направлялся к столу, когда чей-то громовой рев заставил его замереть на месте:

– Синьор Валентино!

Коренастый и краснолицый сквайр Фитцуильям отделился от группы мужчин, старавшихся перекричать общий гул, и нетвердой походкой пробирался сквозь толпу к Анри. Подойдя к учителю танцев, он по-приятельски хлопнул его по спине.

– Идемте, идемте, синьор! Выпивка и закуски ждут вас! Хоть ненадолго оставьте своих дам, да благословит их Господь!

Он поманил к себе раба в ливрее, державшего в руках поднос с высокими бокалами, и взял сразу два. Не обращая внимания на протесты Анри, он чуть ли не силой сунул ему в руку запотевший бокал и повлек за собой в шумный мужской кружок. Виргинцы были необыкновенно привязаны к своим дрянным крепким напиткам домашнего приготовления, которые вкусом напоминали жидкий огонь. Анри не испытывал желания идти к ним. Но он вспотел, и ему хотелось пить после бесконечных танцев на протяжении всего вечера. И потому Анри одним глотком осушил бокал, поперхнувшись неочищенным виски, вкус которого был едва приправлен ароматом какой-то травы. Напиток оставил во рту какой-то осадок, поначалу показавшийся ему песком. Постаравшись незаметно выплюнуть его в платок, он обнаружил, что это – грубый сахар.

– Вот это по-нашему! А ну-ка, теперь еще глоточек джулепа! Ха-ха! – Сквайр Фитцуильям поманил к себе еще одного раба с подносом.

Приятели сквайра рассмеялись и сошлись на том, что после общения с дамами мужчину всегда мучает жажда. Анри тщетно пытался отказаться, но в руку ему всунули очередной бокал, и ему пришлось присоединиться к группе мужчин. Плантаторы как раз обсуждали полковника Вашингтона. Чтобы скрыть тот факт, что он внимательно прислушивается к разговору, Анри поднес бокал к губам и совершил крайне неразумный поступок – вновь осушил его.

– Все, что удалось сделать Вашингтону, – это избавить мир от нескольких жалких французов. Чтоб они все убрались к дьяволу, вот что я вам скажу. Он недолго пробудет в опале. Старому Ферфаксу это не понравится.

От выпитого в голове у Анри зашумело. Он попытался вспомнить, какое отношение имеют Ферфаксы к полковнику Вашингтону. Ферфаксы были влиятельным и могущественным семейством. Лорд Ферфакс оставался единственным пэром Англии, живущим в Америке. Эксцентричный старик, которому принадлежали пять миллионов акров в виргинской колонии, не считая поместий в Англии. Так он что же, друг Вашингтона?