Ирвин Уэлш - Эйсид-хаус [сборник litres]

Отлично, что Глухого Джона забрали. Ненавижу этого козла. С тех пор как он меня отделал, я толком в себя и не пришел.

Стефани лежала голая на кровати, наслаждаясь кратким мигом удовлетворения. Это быстро пройдет; она знала, что скоро в ее сердце опять поселится пустота, скоро вернется прежнее напряжение и подавленность. Ее чувство собственного достоинства начало крошиться по краям, как поврежденная дамба. Она извлекла мокрый от ее соков вибратор, заставила себя встать с постели и направилась в ванную.

Фрэнк глядел на сдувающуюся пластиковую куклу, чья латексная вагина была заполнена его спермой. Кукла опадала как будто одновременно с его эрекцией. Его гениталии выглядели как нечто уродливое, неудобоваримое, инопланетное, не имевшее к нему никакого отношения. Кукла теперь выглядела такой, как есть: кусок пластика, присобаченный к гротескной голове манекена.

Позже тем вечером Стефани столкнулась с Фрэнком у лифта. Она в одиночестве шла посмотреть артхаусный фильм. Он возвращался из китайской закусочной с какой-то едой. Они покраснели, узнав друг друга, затем он смущенно улыбнулся ей, и она застенчиво ответила тем же. Он прокашлялся, прежде чем заговорить.

– На улице дождь, – с неловкостью прошепелявил он.

– Неужели? – неуверенно отозвалась Стефани.

– Довольно сильный, – пролепетал Фрэнк.

Они стояли, глядя друг другу в лицо мучительные несколько секунд, оба потерявшие дар речи. Затем с напряженной синхронностью улыбнулись, и Фрэнк скрылся в своей квартире, а Стефани двинулась к лифту. Не видя теперь друг друга, оба напряглись, словно пытаясь подавить спазм этой пульсирующей боли, ненависти к себе и смущения.

Я так волновалась, когда мы встречали королеву-мать; о, это было изумительно! Но потом я готова была от стыда сквозь землю провалиться, а все моя малютка Лайза виновата. Просто катастрофа. Ну да откуда Лайзе понять. Я всегда убеждала ее говорить правду: правду, и только правду, мадам, твердила я ей. Ну, ведь никогда на самом деле не знаешь, что им говорить в наши дни, верно?

Королева-мать должна была прибыть в Илфорд, чтобы открыть Лайзину новую начальную школу. Местный член парламента тоже собирался присутствовать. Мы чуть не умерли, когда Лайзу выбрали, чтобы преподнести королеве-матери букет цветов. Я все время заставляла Лайзу упражняться в реверансах. Кто бы к нам ни приходил, я тут же говорила: покажи мамочке свой реверанс, Лайза, тот самый, который ты собираешься сделать для матушки-королевы…

Потому что она действительно очаровательна, королева-мать, правда? По-настоящему, действительно, в самом деле, несомненно очаровательна. Мы так волновались, как никогда в жизни. Моя мама вспоминала, как встречалась с королевой-матерью на «Фестивале Британии» [19] «Фестиваль Британии» – общее название серии национальных выставок, прошедших в Великобритании летом 1951 г. . Она и в самом деле очаровательна, изумительна для своего возраста; в смысле, королева-мать, а не моя мама. Конечно, моя мама – настоящее сокровище, не знаю, что бы я делала без нее, после того как меня бросил Дерек. Да, я не променяла бы мою маму на всех королев-матерей в мире!

В общем, миссис Кент, это Лайзина директриса, сказала мне, что будет очаровательно, если Лайза преподнесет королеве-матери букет. Моя подруга Анджела начала вести себя со мной странно натянуто, потому что ее дочку Шинед не выбрали. Я полагаю, что вела бы себя точно так же, если бы все сложилось наоборот и Шинед выбрали бы вместо Лайзы. Это все-таки королева-мать. А такое не каждый день происходит, верно?

Королева-мать выглядела действительно чудесно, в самом деле чудесно; на ней была такая замечательная шляпка! Я так гордилась Лайзой, я просто хотела сказать всему миру – вот моя дочка Лайза! Лайза Уэст, начальная школа Голф-роуд, Илфорд…

И Лайза протянула букет, но она не сделала красиво реверанс, как мы упражнялись, и получилось некрасиво и неправильно. Королева-мать взяла букет и наклонилась, чтобы поцеловать Лайзу, но та отвернулась, скривив гримасу, и побежала ко мне.