Хэрриет Эванс - Место для нас [litres]

Остальные смотрели на Марту не шевелясь, словно какое-то колдовство пригвоздило их к стульям. Рыдания Марты повисали в тяжелом безмолвном воздухе. Тишину нарушали только еле слышные звуки музыки из мультфильма, который смотрел Люк далеко от столовой.

Карен встала, выпрямилась и вернулась на место. Потом широко развела руки и коротко, истерически рассмеялась.

– Знаете, кто-то должен что-нибудь сказать.

Она повернула голову к мужу, но тот не встретился с ней взглядом. Его глаза были полны слез.

– Я посылала ей деньги, – произнесла Флоренс через несколько мгновений. – Для ее школы. В прошлом году. И между прочим, она написала мне письмо. Пару дней назад. Ма, это сделала ты?

Марта кивнула.

– Ты посылала мейлы от ее имени всем нам? – хрипловато спросила Флоренс. – Все это время?

– Со дня… свадьбы Билла и Карен. – Марта вытерла нос и убрала платок в карман. – Раньше она вам писала сама.

– А что случилось с деньгами? – спросил Билл.

– Вот что тебя волнует? – Марта повернула голову к сыну. – Серьезно, Билл? После всего, что ты услышал, ты лишь это хочешь узнать?

Билл негромко ответил:

– Насколько я понимаю, мама, речь идет о немалой сумме.

– Благотворительный фонд и администрация приюта обвинили Дейзи в воровстве. Я вернула им деньги от ее имени с извинениями. И потом продолжала посылать им деньги как бы от нее – от всех нас. – Марта, держа руки в карманах, пожала плечами. – Полагаю, она бы этого хотела.

– Дейзи была эгоисткой… – начала было Флоренс, однако замолчала. – Прости, мама. – Она утерла нос рукавом, посмотрела на отца, перевела взгляд на мать. – Это же… Ма, это безумие какое-то. Какая-то безумная жуть. Почему ты никому не сказала?

Марта выпрямилась. Это было самое трудное.

– Я хотела… чтобы люди думали о ней хорошо. Она была не такой, как вы. Ей было трудно жить.

– Мне… – вырвалось у Флоренс, но она снова сдержала себя. – Нам всем порой трудно живется, ты знаешь, ма. Это не значит, что можно лгать, красть, жульничать, бросать людей, делать им больно и… – У нее сорвался голос.

– Знаю. – Марта прижала кончики пальцев ко лбу. Она словно бы тянула время. Но в итоге не выдержала и посмотрела на старшую внучку. – Кэт?

Кэт покачала головой. Она сидела, крепко сжав губы и покусывая их изнутри. Дэвид потянулся к ней, погладил ее руку.

– Моя бедная девочка, – проговорил он почти шепотом.

Кэт продолжала молчать.

– Я не знаю, что делать, – сказал Билл почти спокойно, как будто речь шла о чем-то обыденном. – Честно – я не знаю, что нам делать.

– По-моему, надо позвонить в полицию. – Флоренс обвела взглядом семью. – То, что ты сделала, мама, противозаконно. Прости.

– Ой, только вот этого не надо, Флоренс, – наконец подала голос Люси.

Флоренс отозвалась:

– Рано или поздно кто-нибудь узнает. Нельзя просто оставить ее здесь.

– Можно, – сказал Дэвид. – На собственной земле человек имеет право хоронить кого угодно.

– Но не так же! – Флоренс часто заморгала. – Билл, как это называется? Есть какое-то название?

– Избавление от тела и незаконное погребение.

– Вот именно. Ма, ты можешь угодить в тюрьму. Ну почему… – Флоренс расхохоталась. – Дикость! Безумие!

Люси повернулась влево и указала на свою тетку.

– Прекрати. У тебя сердца, что ли, нет, Флоренс? Ради бога!

Флоренс смотрела в одну точку и качала головой, словно не в силах поверить в происходящее. Люси помедлила, пытаясь сообразить, что делать.

– У кого-нибудь есть знакомый юрист? Думаю, нам нужен юрист. Адвокат.

Карен сказала:

– У меня есть.

Люси кивнула.

– Отлично.

Билл посмотрел на жену, сидевшую напротив.

– И кто же это?

Карен посмотрела на мужа печально и повернула голову к Кэт:

– Кэт, милая, мы все потрясены. Почему ты молчишь?

Кэт, по-прежнему глядевшая в пустоту, покачала головой, а потом прошептала еле слышно:

– Я не знаю, что сказать.

Билл подвинул стул ближе к племяннице и обнял ее.

– Кэт, что бы ни случилось, мы сейчас вместе, правда? И мы очень рады, что ты вернулась, что ты привезла Люка. Он – наш, как и ты, как я… – На миг он остановил взгляд на Карен, затем опустил глаза. Тарелка, на которую он уронил нож, разбилась пополам; Билл аккуратно сдвинул две половинки. – Дейзи… никогда не была счастлива. Возможно, это…

Он не договорил.

– Это к лучшему? – Кэт нервно рассмеялась. – Не знаю. – Ее глаза были полны слез. – Что с ней было не так? Что не так со мной?

– О, милая, – сокрушенно проговорила Флоренс, – с тобой ничего неправильного нет. Милая моя, бедная девочка. – Она встала. – И все же я думаю, что надо позвонить в полицию.