Люси Эдлингтон - Алая лента

— Будто ты так уж хорошо понимаешь все это, витая в своих облаках!

— Знаешь, что я вижу, Элла? Я вижу, что не только ты — все мы балансируем на очень тонкой грани между желанием выжить и необходимостью сотрудничать с нашими тюремщиками.

— Что? — У меня от неожиданности даже челюсть отвисла. — Ты хочешь сказать, что я с ними заодно? Это чудовищно! Ты просто завидуешь, потому не можешь без моего участия даже пару нормальной обуви себе найти, не то что платья для других шить! Что бы ты без меня делала? Без меня тебе негде было бы достать лишнего куска хлеба!

Я была невероятно зла. Раньше мы с Розой никогда так не ссорились, но это она виновата, она довела меня.

Тут Роза неожиданно сменила тактику.

— Послушай, Элла, — сказала она. — Если это все из-за лишнего куска хлеба, просто забери себе мою часть. Мне не нужно. Тогда ты не упустишь ничего, чем можно поживиться за счет работы в мастерской.

Господи, она становилась просто невыносимой! И ничего не понимала. Мне хотелось выбежать отсюда, но это бы означало потерю замечательного места в очереди.

* * *

Лето в Биркенау означает нестерпимую жару днем и удушливые от дыма ночи. Местные полосатые угасали на глазах, становились иссохшими и плоскими, как бумажные куклы. Я тоже прожарилась, изголодалась, меня тошнило от постоянного привкуса пепла во рту, но при этом я мысленно уносилась высоко над этой голой, покрытой толстым слоем пыли землей, с легкостью пролетала сквозь колючую проволоку и ограждения из оголенных проводов, по которым был пропущен электрический ток. Я не чувствовала ужасных лагерных запахов, меня не смогли бы догнать выпущенные охранниками пули. Все это не имело для меня никакого значения, потому что — нравилось Розе или нет — я делала Платье.

Самым удивительным стало то, что Марта позволила мне отправиться за покупками в универмаг! В знак примирения я выбрала себе в помощницы Розу. Но подруга то ли продолжала дуться на меня, то ли еще что, застонала, когда я сказала ей об этом.

— Я ненавижу таскаться по магазинам.

— Но, Роза, ты должна пойти со мной. Я прошу тебя, пожалуйста, — не отставала я. — Послушай, мне очень неприятно, что ты на меня рассердилась. Пойдем посмотрим на это место. Это же страна изобилия!

— У меня здесь работы в изобилии, — съязвила Роза.

— Пойдем, — продолжала я уговаривать ее. — Марта дала мне список покупок длиной в километр, я одна этого не унесу.

— Шону попроси.

— Она заболела…

Шона действительно почти каждый день чувствовала себя плохо. Из грациозного жирафа она превратилась в нарцисс, умирающий от жажды. Мне казалось, что Шона чахнет не только от тоски по своему мужу и ребенку, но на самом деле серьезно больна.

— И потом, — продолжила я. — Как ты можешь ненавидеть ходить по магазинам?

— Ты не представляешь, по скольким показам мод меня таскала мама!

— Показам мод?

— Дважды в год, на показе коллекций каждого нового сезона. Пойми меня правильно — модели там демонстрировались просто сногсшибательные. Я прямо проглотила бы каждое платье, будь у меня возможность вернуться туда хоть на несколько секунд!

— Одежду нельзя есть.

— Ах, если бы эти платья были съедобными! Мода Города Света — это действительно деликатес. Мне было тошно не от самих показов, а от публики, которая на них собиралась. Так много воздушных поцелуйчиков, так много до’хогушенька моя, так много напудренных лиц и длинных когтей на пальцах… Гадость!

— Когда у меня будет свой салон, я буду брать двойную цену с таких неприятных и высокомерных посетителей.

— Ах да, знаменитый модный салон Эллы!

— Я сделаю это. Я буду возить заказчиков на машине для закупки лучших тканей…

— Ладно, соглашусь быть твоим шофером, если ты разрешишь мне носить форменную фуражку. — Роза взяла меня под руку. — Прошу садиться, мадам, желаю вам приятной поездки…

— Так ты пойдешь со мной в универмаг?

Роза еще немного поломалась и согласилась.

* * *

— О, — разочарованно сказала я. — Честно говоря, я ждала чего-то более…

— Более шикарного? — подколола меня Роза. — Вращающихся дверей, огромных зеркальных витрин, кадок с пальмами?

— Что-то вроде того.

Так называемая страна изобилия оказалась на деле обнесенным оградой островом, состоящим из примерно тридцати больших бараков, вытянувшихся вдоль северной окраины Биркенау неподалеку от рощицы засыхающих от жары берез.

Мы проскользнули за ворота, не зная, чего ждать.