Леонид Бежин - Ангел Варенька

Спустившись с антресолей второго этажа, где находился кабинет Евгении Викторовны, Женя увидела брата.

— Здравствуй, сестричка. А мы тут приятно беседуем с Альбиной Васильевной, — сказал Аркадий, усиленно подчеркивая, что неожиданное появление сестры его ничуть не смутило.

— Женечка, присоединяйтесь к нам, — в тон ему предложила Альбина. — Налить вам кофе? Пользуйтесь тем, что пока нет пожарных.

— Могу засвидетельствовать, что кофе сварен превосходно, — обращаясь с этими словами к Жене, Аркадий как бы невольно делал комплимент Альбине. — Сестренка, не отказывайся.

— Заодно расскажете нам, о чем вы беседовали с Евгенией Викторовной, — с выражением наивного интереса на лице Альбина приготовилась слушать рассказ Жени. — Мы тоже хотим дружить с начальством.

— Аркаша, прошу тебя, нам пора домой, — сказала Женя, оставляя без внимания просьбу Альбины.

— Почему вдруг?! — с недоумением спросил он.

— Отец очень сердился, что ты опоздал. Он просил тебя дождаться и привести, а сам срочно поехал за билетом.

— Я в конвоирах не нуждаюсь. Кроме того, у нас совсем другие планы. Мы с Альбиной Васильевной собирались зайти в «Прагу». — Хотя Аркаша и Альбина заранее ни о чем не договаривались, он одним выстрелом убивал двух зайцев: приглашал Альбину в ресторан и выдвигал это как предлог для того, чтобы не возвращаться домой с Женей.

— Действительно, не уводите так поспешно вашего брата, — Альбина показывала, что приглашение принято.

— Что ж, я ему не нянька, — Женя торопливыми рывками сдернула пальто, но, преодолев в себе обиду, снова умоляюще посмотрела на брата. — Аркаша, пожалуйста… Может быть, пойдем вместе?

— «Вместе… вместе…» Трудно с тобой, сестренка. Вечно ты людям жить не даешь, — сказал Аркаша, помогая ей поскорее надеть пальто.

Лев Александрович заторопился в Ленинград потому, что совместная поездка с Еленой Юрьевной была бы для него пыткой. После посещения музея он долго не мог простить себе постыдного промаха с именем-отчеством великого композитора, рассмешившего музейных сотрудников, и избавиться от чувства, что в музыке он полный профан. Лев Александрович принадлежал к числу людей, переживавших свои мелкие промахи подчас сильнее, чем крупные ошибки, и это не позволяло ехать в одном вагоне со свидетелем собственного позора. Он решил позвонить Елене Юрьевне и извиниться за то, что пришлось взять билет на следующее утро. Но когда он заговорил об этом, оказалось, что и она едет завтра — в одном поезде с ним.

Льву Александровичу оставалось лишь заверить Елену Юрьевну, что он очень рад и с нетерпением ждет завтрашней встречи. Отступать было некуда, и утром он первым примчался на вокзал. Вокруг сновали носильщики, валила толпа с чемоданами, и Лев Александрович всматривался в лица, всякий раз облегченно вздыхая: «Не она… не она». Елена Юрьевна не опоздала ни на минуту. От растерянности он энергично взялся ее опекать, донес до вагона и забросил на полку ее чемодан, уступил ей место по ходу поезда (иначе у нее кружилась голова), но, когда они наконец уселись, совершенно растерялся, не зная, о чем говорить.

— Вы, наверное, в командировку? — спросил он, невольно прикидывая в уме, на сколько можно растянуть обсуждение этой темы.

Елена Юрьевна ответила чересчур поспешно и коротко:

— Да.

— По музейным делам? — не унимался Лев Александрович.

Она удивленно взглянула на него, словно пытаясь понять, почему он об этом спрашивает, а затем проговорила с таким видом, как будто лишь заполняла паузу в разговоре:

— Собираюсь поработать в библиотеке Эрмитажа. В нашем музее еще не описаны вещи, которые Константин Андреевич приобрел в Италии. Он ездил туда с женой в свадебное путешествие и привез целую коллекцию древностей. Египетские папирусы, греческие амфоры, фрагменты римской мозаики. Нужно выяснить по аналогиям, какой это век, где изготовлена вещь, каким мастером. У нас это называется провести научную атрибуцию, — Елена Юрьевна улыбнулась, подавая пример не слишком серьезного отношения к этим премудростям. — А вы?

Приготовившись к роли почтительного слушателя, Лев Александрович не сразу сумел ей ответить.

— Я часто бываю в Ленинграде, почти каждый год. Я там кончил морское училище, воевал… — Он изредка смотрел на нее, стараясь не пропустить выражения, которое свидетельствовало бы о ее одобрении или неодобрении его слов. — Теперь вот перед отставкой решил наведаться.