Эми Тан - Долина забвения

— Месячный заработок… — прошептала она. Я не стала делать вид, что меня отругали. Я была не виновата.

Мгновение спустя я услышала шум. Две куртизанки — те, кого мадам Ли не была рада видеть на приеме, — начали склоку. Между сидящими за столом пробежал шепоток, и я узнала, что они соперничают за того тучного господина, за спиной которого они стояли, а он мечется между ними. Мадам Ли быстро выпроводила разъяренных женщин из комнаты. Тучный мужчина повернулся, чтобы посмотреть им вслед, и изобразил смущение, будто последним узнал о том, что произошло. Когда мадам Ли вернулась, она сразу подошла к Волшебной Горлянке:

— Вы двое, скорее займите их места.

Волшебная Горлянка подтолкнула меня. Я встала по правую сторону от тучного мужчины, а Волшебная Горлянка — по левую. Я тоже вышла на сцену, и теперь мне требовалось быть крайне осторожной, чтобы не наделать ошибок. Самым простым казалось не делать вообще ничего.

Я нацепила на лицо простодушную улыбку и была очень довольна своими актерскими способностями, пока меня не ущипнула Волшебная Горлянка. Она вручила мне бутылку рисового вина:

— Скорее, наполни его чашу.

Затем она снова ущипнула меня:

— Скорее, предложи ему еще рыбы.

Снова щипок:

— Выбери из рыбы кости.

Она снова и снова щипала меня, чтобы я быстрее принималась то за одно дело, то за другое. Когда она наконец больно ущипнула меня за то, что я наградила ее хмурым взглядом, я изо всех сил ущипнула ее в ответ. Она вскрикнула. Раздались громкие восклицания мужчин и удивленные шепотки куртизанок. Волшебная Горлянка объяснила, что я наступила ей на ногу. Красный Цветок и мадам Ли так сжимали губы, будто с трудом сдерживались от гневных замечаний. Лицо мое пылало, но когда Волшебная Горлянка строго взглянула на меня, я не стала делать виноватый вид. Я отвела взгляд. А потом увидела, как Верный Фан улыбается мне.

— Каков характер! — произнес он, не сводя с меня глаз. Он хотел меня уязвить?

Мадам Ли поспешила перед ним извиниться:

— Нашей девственнице-куртизанке еще многому предстоит научиться. Как вы заметили, Вайолет еще очень юна.

— Она уже научилась рассказывать легенды или поэмы? — спросил он.

— Мы обучаем ее всему, что требуется.

— Пусть тогда исполнит что-нибудь. Расскажет историю или поэму, споет песню. На ее выбор.

Мадам Ли попыталась возразить. Она не так давно видела нашу репетицию и отругала Волшебную Горлянку за то, что та плохо учит меня.

— Она еще не достигла совершенства, — сказала мадам Ли, — и не готова выступать перед вами. Подождите еще несколько месяцев. Другая красавица может скрасить ваш вечер игрой на цитре.

Она с сияющим видом повернулась к Красному Цветку и легким кивком дала знать, что у ее подопечной появилась возможность проявить себя во всей красе.

Но Верный Фан повел себя так, будто вовсе ее не слышал, и подозвал меня к тому месту, где лежала цитра Красного Цветка.

— Не торопись, готовься, сколько посчитаешь нужным, — сказал он мне. Затем затянул песню о юности и тиграх, которую подхватили и остальные мужчины.

Волшебная Горлянка села за цитру. Вид у нее был такой, будто нас собирались казнить.

— Мы исполним «Весну персикового цветения».

Я возразила, что не готова ее исполнять. Большую часть текста я даже не помнила.

— Внимательно слушай мою цитру, — сказала Горлянка. — Трепещи на тремоло, покачивайся на глиссандо и поднимай взгляд, когда мелодия становится выше. Не забудь выглядеть естественно. И не опозорь меня, — добавила она, — иначе из-за тебя нам сегодня придется спать на улице. Сегодня у тебя есть возможность создать себе репутацию, а какой она будет — хорошей или плохой, зависит от тебя.

В комнате стало тихо. Все взгляды устремились на меня. Верный Фан широко улыбался, будто уже гордился тем, что отыскал среди гостей на приеме талантливую певицу. Волшебная Горлянка провела пальцами по цитре и взяла несколько первых нот. Я закрыла глаза и приоткрыла рот, чтобы произнести первую фразу. Но изо рта не вырвалось ни звука. Слова застряли где-то по дороге. Я несколько минут пыталась начать рассказ, пока Волшебная Горлянка перебирала струны, добавив несколько аккордов, которые обозначали начало истории. Наконец я испустила полузадушенный звук, за которым последовали дрожащие слова:

— Кто-нибудь слышал историю о «Весне персикового цветения?»

Конечно, все ее слышали. Даже трехлетние дети ее знают.

— Я расскажу ее так, как никто еще не рассказывал, — продолжила я.