Александр Бушков - Сборник Спаситель Короны

— Понятно. Но вот другое, уж не обессудьте, мне решительно непонятно…

— Что именно? Говорите смело.

Она чуть поколебалась, но все же решилась:

— Судя по всему происшедшему, вы не питаете к нему и тени симпатии…

— Да я бы его завтра на плаху отправил, будь к тому законные основания, — честно признался Сварог.

— Почему же тогда с него сняли многолетнюю опалу, допустили ко двору и даже пожаловали в камергеры?

Сварог пожал плечами:

— Откровенно говоря, в рамках мести, что женщинам, с которыми поступили скверно, обычно свойственна. Мне хотелось, чтобы он часто ездил мимо «Медвежьей пещеры», которая ему больше не принадлежит. Чтобы видел вас при дворе, веселую и довольную жизнью — но, разумеется, не смел приблизиться… Примерно так. Я что-то сделал неправильно?

— Вы только не гневайтесь…

— И не подумаю, — сказал Сварог. — Запомните: я обычно гневаюсь по очень и очень серьезным причинам. Ваши вопросы в их число, безусловно, не входят. Так что отбросьте всякие мысли, что я когда-нибудь собираюсь на вас гневаться. Договорились?

— Хорошо. Извините, мне не приходилось раньше общаться с королями… Так вот… Мне как-то совсем не свойственна та женская месть, о которой вы думали. Было — и прошло. Я просто-напросто рада, что навсегда от этого избавилась. И мне не доставляет никакого удовольствия видеть его при дворе, наоборот. Этот его змеиный взгляд, которым он меня провожает при первой возможности… И еще… Вы его совершенно не знаете. Все происшедшее у него наверняка не вызвало ничего, что хоть отдаленно похоже на душевные терзания. Не тот человек. Он просто понемногу копит и копит злобу, как змея — яд. И как это прорвется, сказать невозможно…

— Ну, беспокоиться вам незачем, — сказал Сварог. — У вас отличная охрана, хотя вы наверняка ее не замечаете — ну, на то она и отличная…

— Я беспокоюсь даже не о себе…

— Обо мне? — усмехнулся Сварог. — Благодарю, конечно, но все это совершенно ни к чему. Ну что он мне может сделать? И заговор устроить, и убийц подослать — кишка тонка. Все подобные опасности давным-давно предусмотрены, как и подобает толковому королю. Так что не беспокойтесь за меня. И не такие пытались…

— И все же… Этот человек на все способен…

А ведь она что-то недоговаривает, подумал Сварог, определенно. Это чувствуется. О чем же это таком она не хочет говорить в самой непринужденной доверительной беседе? Пожалуй, следует дать приказу Интагару: пусть шьет дело о государственной измене — что в отношении камергера двора проделать гораздо проще, чем в отношении субъекта, пребывающего в глуши, в опале.

— Хорошо, — сказал Сварог. — Ну что же, я допустил промах… с королями такое тоже случается. Если он вам неприятен здесь, совсем нетрудно лишить его всех милостей и отправить назад киснуть в опале… Вы ничего больше не хотите мне о нем рассказать?

Она зябко передернулась:

— Простите, нет. Все это настолько гнусно…

— Как хотите, — сказал Сварог, оставшись в твердом убеждении, что что-то недосказанно. — Вы не против, если мы немножко поговорим о деле? Отлично. Получилось так, что мне необходима от вас небольшая помощь…

— От меня? — она удивленно распахнула глаза.

— Ну да, так уж сложилось… — сказал Сварог. — Вам хоть чуточку нужны дворцовые флигеля?

— Абсолютно не нужны! — воскликнула она живо. — В них просто нет необходимости, для гостей хватает места в замке, флигеля, я чувствую, еще неизвестно сколько лет будут стоять необитаемыми… Подождите. Вы хотите сказать, что они вам зачем-то понадобились?

— Угадали, — сказал Сварог. — На оба я пока что не замахиваюсь, речь идет только об одном. Не могли бы вы, выражаясь казенно, сдать мне его в аренду?

— Ну, конечно же, ваше величество, — с энтузиазмом воскликнула она. — И при чем тут аренда? Неужели я возьму с вас деньги? Занимайте хоть оба и пользуйтесь столько, сколько считаете нужным. Почему вы не сказали раньше?

— Потому что мне эта идея в голову пришла совсем недавно, — сказал Сварог.

Он не лукавил, все так и было. С неделю назад осенило. Оба флигеля, учитывая, с каким размахом дворец возведен, — по сути и не флигели вовсе, а довольно большие трехэтажные здания, не уступающие величиной иному дворянскому особняку человека состоятельного. Между тем он давно уже подыскивал местечко в Латеране, где мог бы разместить сильную резидентуру всех подчиненных секретных служб — на что имел полное право и как земной король, и как имперский чиновник. Вот только подходящего здания не находилось: с тех пор, как он обосновался в Латеране и следом хлынули дворяне из нескольких королевств, в городе наступил натуральнейший жилищный кризис. По каковой причине на полночной окраине, на обширной пустоши в лиге от города, ударными темпами строили Новую Латерану (со строжайшим наказом архитекторам и зодчим сделать все, чтобы по стилю и облику она ничем не отличалась от старой).