Александр Бушков - Сборник Спаситель Короны

— Да уж, какие там медведи… — сказал Сварог. — Люди бывают в сто раз опаснее… Ну вот, все устроилось. В ближайшие дни мои сотрудники займутся всем необходимым. А в остальном, как я уже говорил, — вы там полная хозяйка.

— Значит, я могу пригласить на Ассамблею Аленту Вольмер? Канилла говорила, вы не против…

— Ну, конечно, — сказал Сварог. — Я ее вовсе не держу взаперти. И полностью ей доверяю. Что вы так странно смотрите?

— Конечно, это совершенно не мое дело — давать вам советы, особенно в столь деликатном предмете…

— А вы попробуйте, — сказал Сварог. — Ничего не имею против, когда мне дают советы, если они толковые.

— Ваше величество… А почему бы вам на ней не жениться? Она чудесная девушка, я это поняла за три месяца знакомства…

Сварог ухмыльнулся про себя: ну большинство женщин прямо-таки горят желанием женить и выдавать замуж… Ну, в конце концов, вскоре и так тайна перестанет быть тайной…

— Не могу, — сказал Сварог. — По весьма существенной причине: мы и так уже женаты. По всем правилам. В Хелльстаде.

Вот теперь он поразил девушку до глубины души. Глаза у нее прямо-таки округлились:

— Но ведь… Получается… Выходит… Алента — королева Хелльстада… Многие уже знают, что в Хелльстаде вы обвенчались с какой-то девушкой…

— Ну да, — сказал Сварог. — На сей раз я вам не выдаю никаких государственных тайн. Можете рассказывать об этом, едва выйдя отсюда. Просто… Просто нынешнее положение дел какое-то время сохранялось по весьма веским государственным соображениям. А теперь об этом можно и объявить широко — что и будет сделано через день-другой.

— Ой… — сказала Вердиана, прижимая ладонь к губам. — А я к ней обращалась по имени, вообще держалась, как с подругой…

— Вот и продолжайте, — сказал Сварог. — Коли уж она не имеет ничего против. Скажу вам по секрету, в ней нет ни капли спеси, так что…

Он с неудовольствием почувствовал, как «портсигар» в кармане явственно завибрировал — и вибрация была довольно сильной, что далеко не всегда случалось. Выругался про себя: в кои-то веки удалось отрешиться от всех забот и безмятежно поболтать с милой девушкой, к которой к тому же не испытываешь ни капли мужского интереса…

Однако рассиживаться не стоило. Он торопливо встал:

— Извините, я отлучусь, вызывает секретарь…

Вышел в приемную и открыто достал «портсигар» из кармана: в приемной были только свои, люди надежные, видевшие и не такое — статс-секретарь и двое ратагайцев. Нажал соответствующий «самоцвет», над «портсигаром» вспыхнул небольшой экран — видимый, правда, только с его стороны.

Лицо у профессора Марлока выглядело спокойным. Вот только глаза…

— Белая Тревога, лорд Сварог, — сказал он, четко и бесстрастно выговаривая слова. — Вимана в Латеранский дворец за вами уж вылетела. Поспешите.

И исчез с экрана. Сварог длинно и затейливо выругался про себя — но ничего тут не поделаешь…

Сварог неотрывно смотрел вниз. Обзор оказался великолепным — высокое окно виманы наклонено наружу под углом в сорок пять градусов.

Отсюда, с высоты примерно в пол-лиги, зрелище не представало ни пугающим, ни опасным и больше всего походило на большое пятно серой, почти черной краски, выплеснутой на прекрасно выполненную рельефную карту местности — с крохотными деревьями, малюсенькими домиками, неправильной формы распаханными полями, узкой речушкой с мельницей на ней. По форме оно больше всего напоминало чуточку неправильный овал, одним узким краем упиравшийся в густолесье — другой уже переполз через речушку и захватил край деревни, часть крестьянских домов. Можно было и с такой высоты рассмотреть неяркие сиреневые вспышки, то и дело мелькавшие по всему периметру овала.

А вот то, как он перемещался — точнее, разрастался все стороны, рассмотреть было трудно — не столь уж и велика скорость.

Стоявший рядом профессор Марлок сказал:

— Если хотите, сделайте увеличение. Окно для этого и служит. Справа от вас, на подоконнике, пластинка с верньером. Чтобы увеличить, крутите к себе.

Найдя взглядом пластинку, Сварог так и поступил. Показалось, что вимана стала спускаться, но это, конечно, оптическая иллюзия. На стекле над пластинкой быстро сменяли друг друга цифирки, явно соответствующие уардам: 300… 250… 200… Сварог остановился на восьмидесяти. Теперь он не видел границ «пятна», но хорошо мог разглядеть его поверхность, гладкую, чуть-чуть бугристую, слегка ноздреватую. Вот теперь прекрасно видно, как пятно распространяется — примерно со скоростью быстрым шагом идущего человека. Что происходит в «хвосте», Сварог не видел — однако «носовая часть» загадочного объекта методично и как-то отрешенно рушила дома: наползала на них, и они очень быстро превращались в груду обломков, исчезавших под вертикальным, почти черным «откосом». И все происходило в совершеннейшей тишине, при ясном солнце и безоблачном небе — что показалось неправильным. Для таких вот непонятных катаклизмов скорее подошли бы серое небо, хлябь и грязь, налетавший порывами дождь…