Роман Солнцев - Золотое дно

Последним автобусом из Виры — он отправляется в двадцать — я покатил в Саракан, а оттуда полуночным поездом добрался домой.

Прошло недели три. Я уже думал, что больше не увижу ни Льва Хрустова, ни его друзей по юности. Но однажды среди ночи затрезвонил телефон.

— Родион Михайлович?.. — запыхавшись, басил в трубку Илья Хрустов.

— Что случилось? — воскликнул я. — С папой?

— Нет, всё нормально. Он как раз и зовет… и я тоже… у нас с Инной завтра свадьба, в три часа дня, приезжайте. Тут и дядя Леша Бойцов прилетел.

— Спасибо. — Я понял, что не смогу не поехать. — Буду.

Узнав, куда я опять собрался, жена ахнула:

— А подарок?!

— Какие подарки?!

— Но нельзя на свадьбу без подарка.

— Может, в Саракане на бегу что-нибудь куплю. — Я быстро складывал в чемоданчик фотоаппарат (в тот раз забыл, дубина!..), трико, рубашки, галстук, электробритву…

— Во сколько самолет?

— В семь утра. А второй рейс уже вечером.

Аня попросила достать с верхней полки в кладовке тяжеленный старый чемодан. Там лежали всякие неиспользованные, роскошные по прежним временам ткани, но будет ли юная Инна шить из них что-нибудь? Да и ткани-то старомодные… лен… крепдешин…

— Впрочем, сейчас снова мода вернулась на лен, — бормотала жена, копаясь в чемодане. — Вот нераспакованная скатерть. Скатерти всегда нужны. Не синтетика. С другой стороны, стирать такие скатерти сложно… Что же подарить?

— Я деньги подарю, — вспомнил я. — Получил же я премию три тысячи… ее и отдам? Так делается.

Аня поморщилась (мы собирались купить металлический электрочайник, да ладно, обойдемся пластмассовым!). На этом решении и остановились…

В двенадцать часов дня я уже шел торопливо по Вире. Здесь было очень тепло, хоть и начало сентября, куда теплее, чем в моем городе. Только что прошелестел дождь, от тайги и моря на поселок наплывал белый пар…

Вот бетонный дом, где живут старшие Хрустовы, с огромным словом на торце «ТРУД». Дико волнуясь, я взбежал на третий этаж, нажал на кнопку звонка. И тут же подумал, что надо было мне до своего появления здесь устроиться в гостинице… куда они меня положат… наверное, гостей тьма…

Но в дверях уже стояла Галина Ивановна в голубом пышном праздничном платье, сжав в кулачки искореженные временем пальчики:

— Очень рады… мы вас ждем… проходите…

Я зашел, продолжая держать в руке чемоданчик. В квартире было тихо. На диване, где я спал в прежний приезд, лежали разноцветные картонные коробки, перевязанные ленточками, — видимо, подарки молодым.

Я вопросительно посмотрел в сторону спальни. Галина Ивановна в ответ закивала и шепотом пояснила:

— Только что уснул. Спрашивал вас. Ему надо набраться сил. Через час разбужу. Идемте, я чаю вам заварю..

Я скинул ботинки и в разорванных чужих тапочках прошел за Хрустовой на кухню. Она прикрыла дверь.

И пока кипятила воду, заваривала зеленый (— Вам же зеленый? С жасмином?) чай, рассказала, что Алексей Петрович Бойцов прилетел вчера, сейчас он с Никоновыми у Туровского. Кстати, Никоновы улетали и вернулись вновь через Москву.

— Как Илья с Инной?

— Да всё слава богу. — Она пытливо глянула мне в глаза. — Вы, наверное, хотите спросить, как Лев Николаевич с ними… Ой, и стыдно, и смешно.

Оказывается, неделю назад Хрустов-старший, сказав, что хочет показаться в Саракане врачам, тайком проехал в Минусинск, где служит знакомый священник отец Михаил. Все-таки решил попробовать переговорить с ним. Отец Михаил когда-то на стройке Южно-Саянской ГЭС был комсоргом у шоферов. Быть не может, чтобы нельзя было снять эту порчу. Так объяснял потом свой визит Лев Николаевич Галине Ивановне.

— Говорит, Михаил посоветовал к патриарху Алексию обратиться. Я плакала, неделю уговаривала. Не ест, не пьет. Но на свадьбу согласие дал.

— А Никонов больше так и не зашел?

— Почему же?! — удивилась Хрустова. — Вы Сережу не знаете! С цветами, с французским вином… с прибаутками… на колени встал перед Левкой.

— На колени?

— На колени! — Галина Ивановна хихикнула, наливая мне чай. — Хохочет, входит на коленках к нему… кричит, ну не любишь ты Валерку, а моя жена так и вовсе готова ему глаза выцарапать… да ведь не на нем женится твой сын, ты, Спиноза! Вот, спешно готовим свадьбу. Пока не передумал. Пейте же! И я попью… все некогда.

Но спокойно попить не удалось. Послышался издали тихий голос.

— Лева зовет?.. — встрепенулась Галина Ивановна. Приоткрыла дверь.