Кэндес Бушнелл - Все на продажу

Он вгляделся в ее лицо, потом в отвращении отбросил ее руки и быстро встал.

— Вот, значит, как ты поступаешь с мужчинами? — спросил Зизи зло, кривя губы и обнажая ровные белые зубы. Резцы у него оказались острые, как у хищника. Джейни было жаль, что он пре рвал момент страсти, но она была довольна, что так его взволновала. Она села и потянулась к нему.

— Иди сюда, — сказала она.

Он покачал головой и исчез в ванной. Через две-три секунды он вышел с ее одеждой в руках. л

— Одевайся! — прошипел он.

Джейни со смехом опрокинулась на спину. Она знала, насколько привлекательна, когда лежит так, в одном легчайшем белье. Умение доставлять таким способом удовольствие было для нее одним из немногих источников самоуважения, поэтому она все еще пребывала в уверенности, что они сейчас займутся сексом.

— А если мне не хочется? — Она томно нарисовала пальцем круг в воздухе. — Квартира-то моя. Что хочу, то здесь и делаю.

— Одевайся! — повторил он, швыряя на нее одежду.

Это стало оплеухой, вырвавшей ее из объятия иллюзий. Она запустила в него своей юбкой, но промахнулась, юбка легла на пол у его ног. Тогда она сама кинулась на него во внезапном приступе злобы, метя кулаками ему в лицо. Зизи отпрянул, поймал ее запястья, заломил ей руки за спину и отпихнул от себя Чтобы не упасть, она зацепилась за каминную полку, на которой он, как она только сейчас заметила, поставил фотографию яркой брюнетки, скорее всего своей матери.

— Да что с тобой? — крикнула она, вытирая со рта пену.

— А с тобой что? — парировал он, словно был пострадавшей стороной. — Неужели не понятно, что я не хочу заниматься с тобой сексом?

Этот ответ так ее удивил, что она сначала его даже не поняла. Отсутствие интереса к ней могло, с ее точки зрения, имея единственную причину: его гомосексуальные пристрастия.

— Не смеши меня, — сказала Джейни отважно, беря себя в руки. — Заниматься со мной сексом хотят все.

Зизи смотрел на нее с жалостью, словно совершенно не считал ее сексуальной, и от его взгляда у нее поубавилось самоуверенности.

— В этом все дело, — проговорил он тихо.

Он нагнулся за ее юбкой. Ей стало страшно. Она толком не поняла смысла его слов, но у нее почему-то отлила от лица кровь.

— Летом ты меня хотел, — прошептала она.

— Нет. — Подавая ей юбку, Зизи покачал головой. — Пожалуйста, оденься. Не делай хуже самой себе.

Юбка висела у него на руке, как спущенный флаг, символ ее неудачи. Джейни не могла взять ее у него. Как он самоуверен! Она его ненавидела и одновременно желала. Она обязана была одержать победу, выйти из этой ситуации хотя бы с каким-то перевесом.

— Нет, летом ты меня хотел. Почему ты не признаешься? Зизи испуганно посмотрел на нее, оценивая, насколько она зла, насколько не владеет собой. Не сводя взгляда с Джейни, он положил ее юбку на диван.

— Если не хочешь одеваться, не буду тебя заставлять, — сказал он. — Но я ухожу. У меня встреча.

— С Мими? — крикнула она.

— С Гарольдом Уэйном. Нам надо обсудить наших лошадей.

— Лошадей!.. — фыркнула Джейни и вульгарно захохотала. — Вот ты и сознался: лошадей ты предпочитаешь женщинам.

— Иногда да, — согласился Зизи, рассматривая ее, потом про шел мимо нее в спальню.

У нее в голове мелькнула спасительная мысль-сохранить достоинство, одеться и уйти. Но она уже достигла эмоционального накала, при котором возможно только падение. Она была готова опозориться, пожертвовать гордостью и самоуважением, только бы заставить Зизи с ней переспать, считая почему-то, что это ей удастся. Давно, когда ей еще не исполнилось тридцати, она встречалась с обаятельным молодым человеком, который бросил ее без всяких объяснений, стоило им столкнуться в ресторане с его родителями. Она тогда так разъярилась, что накидала в его джип грязи, увидев машину на стоянке перед хэмптонским клубом «Коншиенс пойнт ими». Бывший приятель, конечно, обозвал ее психованной, но она требовала, чтобы он объяснил свой поступок. До нее дошли слухи, что он слышал что-то порочащее о ее прошлом, и неведение сводило ее с ума, вызывало желание его наказать.

Сейчас, глядя, как Зизи готовится в тесной спальне к уходу, она так же бесилась. Как он смеет уходить? Джейни кинулась в спальню, где он переодевал рубашку. Глядя на его мускулистую спину, она крикнула:

— Я хочу знать почему!

Он обернулся, взял с кровати застегнутую внизу рубашку и надел через голову.

— Это глупо, — сказал он. Она шлепнула его по руке.