Клиффорд Ирвинг - Мистификация

– Нам нужно иметь в виду сразу две вещи, – сказал я. – Во-первых, хотелось бы, чтобы деньги можно было без проблем вернуть старушке Макгро, если до этого дойдет дело. А во-вторых, если нам все же удастся их во что-нибудь вложить, то надо не рисковать и не потерять все из-за собственной жадности.

Дик был со мной полностью согласен, поэтому мы целый день просидели за составлением списка акций и облигаций, формируя сбалансированный портфель инвестиций: сколько имеет смысл вложить в облигации международных автомобильных компаний с необлагаемыми налогом дивидендами; сколько – в голубые фишки вроде IBM, "Апджон" и "Сити сервис"; сколько – в канадские компании по добыче золота и акции меньшей доходности вроде "Карлайл" и "Техас галф". Наконец небольшим процентом наших финансов мы решили рискнуть, вложив его в компании, связанные с электроникой и мини-компьютерными системами.

На следующее утро Дик признался, что не мог ночью уснуть.

– И удалось мне это только тогда, когда я стал вычислять, сколько же принесут нам наши облигации за трехлетний период, сколько составят квартальные дивиденды от акций. Такое занятие в качестве снотворного перешибает все барбитураты.

Еще два полета Эдит в Цюрих – один в конце сентября, чтобы депонировать чек на двести семьдесят пять тысяч долларов на счет Хьюза, и второй, двумя неделями позднее, чтобы перевести наличность на счет Розенкранц, – не были насыщены событиями, если не считать самого перелета и пересечения границ. Однако в начале второго путешествия она совершенно случайно столкнулась с молодым другом-американцем, живущим на Ибице. Эдит только-только приехала в Барселону, в женском туалете нацепила черный парик и очки и уже направлялась с сумкой наперевес к залу международных перелетов, когда столкнулась с ним – буквально лицом к лицу.

Он вперил в нее взгляд и нерешительно произнес:

– Эдит?

Ее первым желанием было сделать вид, что она его не заметила, и продефилировать мимо, но моя жена немедленно от него отказалась.

– Привет, Том.

Приятель посмотрел на парик, очки и толстый слой помады, портившей нежный контур ее губ.

– К чему весь этот маскарад?

Эдит проявила чудеса находчивости:

– Пожалуйста, не говори ничего Клиффу, ладно? Он думает, что я поехала в Пальму к гинекологу.

Подобно всем иностранцам, поселившимся на Ибице, Том обожал скандалы.

– А кто это? Я его знаю?

– Нет... он... – Эдит вспомнила о Хельге Ховарда, – он дипломат из Южной Америки, работает в мадридском посольстве. Пожалуйста, ничего не говори Клиффу.

– Обещаю, буду нем как рыба, – рассмеялся Том. – Похоже, ты ему наконец отплатишь той же монетой...

"Так что при встрече с Томом притворяйся, будто тебе ничего не известно, – предупредила Эдит, вернувшись из Цюриха. – Носи свои рога столь же гордо, как я ношу свои".

Пока Эдит якобы наставляла мне рога в Барселоне, я приступил к работе над финальным вариантом текста, нанял немолодую молчаливую шотландку по имени Банти, дабы она помогала мне печатать, накупил клея и ножниц и приступил к превращению рукописи в книгу.

В Нью-Йорке на встрече с Левенталем и Стюартом было решено взять за образец форму вопросов и ответов.

– В этом вся душа книги, – настаивал я. – Повествование от третьего лица лишит текст спонтанности.

Правда, я не сказал, что столь радикальная переделка обойдется мне в шесть или даже больше месяцев тяжелой работы. К счастью, в издательстве со мной согласились.

Мы решили не мучиться с подделыванием фотографии Ховарда; после чтений в "Элизиуме" пропала нужда в лишнем подтверждении подлинности текста. Однако мне казалось важным освободить место для иллюстративного материала, сделанного Ральфом Грейвзом.

– "Лайф" платит четверть миллиона долларов, – объяснял я Дику в его октябрьский визит на Ибицу – Это журнал с иллюстрациями, так что нужно позволить им сделать вставки в текст. Я разрешу Дэвиду Уолшу сделать несколько картинок.

Англичанин Дэвид жил на Ибице, был нашим старым другом и отличным художником. Совсем недавно он женился на девушке из Голландии, и у них родился ребенок. А потом для него настали трудные времена – воспитание детей требовало больших средств, он постоянно был на мели, в долгах, и выдавал пейзажи как с конвейера.

– Похоже, у нас все получается совсем недурно, – сказал я Дику, – так почему бы нам не расширить работу? Я могу описать Дэвиду Ховарда, поработать с ним чуток, и мы получим кучу картин и зарисовок. Дэвид просто обязан попасть на обложку "Лайф". Они будут в восторге, Дэвид будет в восторге, все будут в восторге. К тому же это разрешит его финансовые проблемы.