Леонид Шадловский - Красное море

— Ну, ребята, вы даёте! — отдышавшись, сказал Натан. — Я ваш должник. Вы откуда взялись? Я же приказал Рубину взять вас с собой.

— Рубин поехал со Шломиком. А нам приказал незаметно тебя охранять. Как видишь, не зря, — ухмыльнулся Макс.

— Кто это был? Чьи бойцы?

— Не знаю. Но мы выясним.

— Эй, папашка, ты кто? — подала свой голосок девица. — Крутой, да? Вот это я нарвалась! Абзац! А это твои шкафы? Ну, эти… телохранители…

— Ты ещё здесь? — обратил внимание на неё Натан.

— Здрасьте! А где ж мне быть? Я не хочу, чтоб меня кокнули не за хрен собачий! Ты чо, папаша!

— Какой я тебе папаша. Давай, вали отсюда! — рявкнул Натан.

— А ты на меня не кричи, — обиделась девица. — Завёз хрен знает куда, а теперь — вали. Сам вали!

Натан посмотрел по сторонам. За окном мелькала пустыня.

— Эй, ребята, куда мы едем?

— Начальник сказал, отвезти тебя домой, в Беэр-Шеву. Он, как управится, туда приедет, — сосредоточенно глядя на дорогу, ответил Рубик.

— Вот так, девочка, ко мне домой едем, — улыбнулся Натан девице. — Тебя как зовут?

— Топик.

— Как?!

— Чего ты рот раскрыл, старичок? Я же сказала — Топик. Можно, Топа. А вообще-то меня Мариной зовут. Но друзья называют Топик. Кому как нравится.

— А тебе?

— А мне по барабану. Хоть Бабой Ягой. Ты где живёшь, дядя?

— Меня зовут Натан. А живу в Беэр-Шеве.

— Ну, нифига себе! Это где? Я там ни разу не была.

— А где ж ты была?

— На «Поле чудес» была, в Эйлате была… Вообще-то, я из Москвы. Но Москву не помню. Я маленькая была. А ты откуда? С луны?

— Я? — задумался Натан. — Я, наверное, человек вселенной. Из ниоткуда.

— Класс! Ты мне, папаша, то есть, Натан подходишь. Я, можно сказать, тоже из ниоткуда и в никуда. Едем! — и козлиным голосом затянула, — «Мы едем, едем, едем в далёкие края…»

В Беэр-Шеву они приехали в одиннадцатом часу вечера. Город был погружён в сон и темноту. Улицы освещались одинокими фонарями, по тротуарам бродили немногочисленные группки наркоманов в поисках приключений, иногда попадались пьяные, которые, шатаясь, переходили дорогу, рискуя попасть под машину, женщины, спешащие домой, к своим семьям или своим одиноким постелям.

— Ну, и дыра! — высказала своё мнение Топик-Марина. — Ни хрена не видно. Как вы здесь живёте?

Натан промолчал. Он и сам уже давно не был в этом городе. И хотя, в принципе, был согласен с девицей, его неприятно покоробили её слова.

— Бывает и хуже, — наконец сказал Натан, — но здесь, по крайней мере, спокойно. Ни терактов, ни громких убийств. Деревня! Но ведь и Москва — тоже большая деревня, верно?

— Ты что, папаша, там пятнадцать миллионов человек! Какая же это деревня?

— Не называй меня папашей, — возмутился Натан.

— Хорошо, не буду. Я девочка послушная. Я буду называть тебя — Капитан. Натан — Капитан. Ладно? — голосом провинившейся ученицы сказала Марина.

Натан вздохнул. Ему было непонятно, зачем он связался с этой девчонкой. Не хватало ещё, чтоб его обвинили в совращении. Но ведь нельзя было бросать её там, на набережной! Её вполне могли бы убить за милую душу.

— Сколько тебе лет, Топик?

— Боишься, Капитан? Не трусь, я уже совершеннолетняя.

— А где ты живёшь?

— Нигде. Иногда у друзей. Друзья у меня классные. Они голубые, живут коммуной… И я с ними. Они добрые.

— А родители?

— Папаня спился. Мне его жалко, но жить с ним не хочу. Мама с израильтянином, но он козёл паскудный. Все время ко мне приставал. Я однажды мамочке пожаловалась, знаешь, что она сказала? Что от меня не убудет. Я и ушла. Прибилась сначала к хиппи, а потом к голубым. Они ко мне не пристают, кормят, жалеют… Я им иногда завтрак готовлю. Могу и тебе приготовить, Капитан. Хочешь?

Джип подъехал к вилле, остановился, осветив фарами ворота. Натан с Мариной вошли в дом. Макс пошёл следом за ними, но остановился на пороге. На этот раз была его смена охранять покой босса. Рубик развернул машину и, заверив, что утром пригонит «Кадиллак», помахал рукой, и умчался в Тель-Авив.

Натан включил свет в холле.

— Богато живёшь, — небрежно сказала Марина, оглядывая обстановку. — Камин настоящий? Зачем он тебе? Тут и так жарко. А-а, понимаю! Престижно!

— Есть хочешь? Правда, не знаю, что у меня имеется.

— Не волнуйся, Капитан. Я сейчас что-нибудь придумаю. Где у тебя кухня?

Натан показал кухню, открыл холодильник. Кроме нескольких яиц, ветчины, заплесневелого хлеба и трех банок пива больше ничего не было.

— Не густо, — вздохнул он.

Марина быстро сварганила яичницу с ветчиной, разложила по тарелкам, взяла банку пива…