Олег Метелин - Сунг

Снесарев еще до моего второго пришествия на Сунг доложил в штаб о потерях и попросил помощи. Дальше связь прервалась. С тех пор прошло более шести часов, и все оставалось без изменений.

Заканчивался промедол.

– Если к утру не эвакуируем, двое точно кончатся… – процедил сквозь зубы Снесарев. – Водку будешь? У меня тут «энзэ» недопитый завалялся.

– Наливай…

Мы успели сделать по глотку, как у меня в кармане запищал радиотелефон покойного майора Бурнашова.

Под удивленным взглядом Снесарева я вытащил пластмассовую черную коробочку, выдернул антенну и с полминуты искал кнопку, чтобы выйти на связь. «Моторолла» все это время нетерпеливо зуммерила. Наконец я догадался нажать «О, кей» и прижал трубку к уху.

– «Файзабад-3»? – донесся до меня далекий, но очень четкий голос (видимо, у моего неизвестного собеседника был мощный передатчик) – Почему не выходишь на связь? «Файзабад», ты меня слышишь? «Файзабад»!

До меня дошло, что название афганского городка Файзабад – позывной Валентина. Черт! Со всей этой катавасией я совсем позабыл про просьбу – приказ майора связаться по этой радиостанции с его людьми. Екорный бабай, Валька говорил про разведгруппу, что должна этой ночью пройти через отметку «16-04».

Вот почему мы снимали пост с этой высотки! Чтобы проход группы никто не видел. Но «духи» сыграли в свою игру и теперь нужно менять всю операцию по ходу дела. Сейчас восемь вечера, еще не ночь, но все же… Я, долбанный контуженный идиот, как же мог об этом позабыть?!

– «Файзабад-3», ответь…

– Он убит.

С минуту в эфире плавала тишина. Но тот, кто вышел на связь, не собирался отключаться. Видимо, переваривал сказанное или советовался с кем-то?

– А ты кто? – наконец прозвучал в эфире искаженный дешифратором голос.

– Офицер отдела охраны границы старший лейтенант Саранцев. Трубку «Файзабад –3» мне передал перед смертью.

Новая пауза.

– Ты где, «Файзабад-4»?

«Черт, они мне уже новый позывной присвоили. В свои записали!»

– На Сунге.

– Не отключайся. Подожди… Сейчас мы с тобой свяжемся…

Я посмотрел на часы и стал ждать.

Ждал ровно пять минут и начал уже беспокоиться, что в радиотелефоне сядет блок питания. Чтобы скрасить ожидание, успел допить свою водку, налитую на палец толщиной в алюминиевую кружку. Снесарев же успел отлучиться в угол блиндажа, где стояла радиостанция, и ответить еще на один на вызов из Ослиного Хвоста. Вернувшись, он уселся поодаль, кинув на меня любопытный взгляд.

Я догадался, что неведомый мне начальник решил связаться по обычной армейской радиостанции с Сунгом и проверить: существует ли старший лейтенант Саранцев в природе или это хорошо говорящий по-русски «душара» забавляется со взятой на трупе убитого майора радиостанцией?

После этого «моторолла» вновь ожила.

– Слушай приказ «Гиндукуша»!

Тут я невольно подтянулся. Позывной «Гиндукуш» использовал начальник оперативной группы полковник Юрков.

– Точку рандеву знаешь?

«Точкой рандеву» называют место встречи. К гадалке не ходи: «Гиндукуш» говорил о «нейтральном кишлаке», откуда должна была подтянуться неведомая мне разведгруппа.

После того, как Таджикистан перестал быть частью великой империи по причине кончины последней, в приграничье закончилась спокойная жизнь. У погранвойск не хватало сил, чтобы прикрыть извилистый берег Пянджа, и им оставалась только охранять свои заставы. А речка сама по себе не могла сдерживать бандитов и контрабандистов с той стороны, переправлявшихся из Афганистана где на автомобильных покрышках, а где и в брод. В итоге жители приграничных кишлаков, живших по сравнению со своими сопредельными соплеменниками более чем богато, не выдержали регулярных грабежей и начали уходить в глубь республики.

«Нейтральный» кишлак был отрезан от остального Таджикистана могучим хребтом. Оставленный один на один с ожесточенными войной соседями, он снялся одним из первых.

– Место знаю, – ответил я «Гиндукушу».

– Время?

– Приблизительно.

– Возьми пару бойцов и выдвигайся. Поступишь в распоряжение «Файзабада-2». Я с ним свяжусь, предупрежу. Выполнять все его приказания. Выйдешь на него – доложишь. Вопросы?

– Вопросов нет.

– Выполняйте, «Файзабад-4…»

Радиостанция замолчала.

– …Я тебе двоих подготовил, – произнес сидящий в углу Снесарев, – Муззафарова и Кияшева. От сердца отрываю – самые у меня лучшие…

«Как он узнал?»

Снесарев перехватил мой удивленный взгляд и скупо улыбнулся: