Эн­ни Прул - Корабельные новости

«Ува­жае­мые гос­по­да, — пи­са­ла До­ун, — я хо­те­ла бы уз­нать по­боль­ше о…»

Ку­ойл кра­сил дом. Но как бы они ни бла­го­ус­т­раи­ва­ли его, он про­дол­жал ка­зать­ся Ку­ой­лу мрач­ным и от­тал­ки­ваю­щим. Ни­что не мог­ло из­ме­нить впе­чат­ле­ния, поя­вив­ше­го­ся у них, ко­гда они впер­вые уви­де­ли его за ту­ман­ной за­ве­сой. Ин­те­рес­но, как он вы­гля­дел на ост­ро­ве При­сталь­ном, ко­гда его толь­ко по­строи­ли или ко­гда во­лок­ли по тре­ща­ще­му льду? Ему ка­за­лось, что пе­ре­ме­ще­ние до­ма с ис­кон­но­го мес­та из­ме­ни­ло его, пре­вра­тив из оча­га в про­стое со­че­та­ние гео­мет­ри­че­ских форм. Мысль о том, что за ним мо­жет на­блю­дать не­под­виж­ный взгляд муж­чи­ны с бе­лы­ми во­ло­са­ми, за­став­ля­ла его ежить­ся и вздра­ги­вать.

Эн­ту­зи­азм те­туш­ки по­сте­пен­но уга­сал, пре­вра­тив­шись в лич­ные пе­ре­жи­ва­ния. Она ухо­ди­ла в свою ком­на­ту, ло­жи­лась на кро­вать и по­дол­гу смот­ре­ла в по­то­лок. По­том вста­ва­ла с ко­рот­ким смеш­ком или зев­ком и го­во­ри­ла: «Ну, что там у нас?» Так она воз­вра­ща­лась из тех мест, ку­да ее уно­си­ли мыс­ли.

Вы­ход­ные про­хо­ди­ли сле­дую­щим об­ра­зом: те­туш­ка в сво­ей ком­на­те, или на кух­не, или гу­ля­ет. Ку­ойл стро­ит свой спуск к мо­рю, а де­ти пол­за­ют по мху и рас­смат­ри­ва­ют ко­по­ша­щих­ся на­се­ко­мых. Ино­гда Ку­ойл ко­лол дро­ва в ожи­да­нии гря­ду­щих хо­ло­дов. Вспо­ми­нал о Парт­рид­же, за­го­рал­ся же­ла­ни­ем го­то­вить но­вые блю­да, по­зво­лял де­тям за­би­рать­ся ру­ка­ми в еду, а ино­гда да­же раз­ре­шал Бан­ни поль­зо­вать­ся но­жом. Кор­шу­ном за­ви­сая над ней при этом.

В кон­це ав­гу­ста на ку­хон­ном сто­ле стоя­ла та­рел­ка с вы­чи­щен­ны­ми каль­ма­ра­ми. Ку­ойл на­ме­ре­вал­ся за­кон­чить с крас­кой и при­го­то­вить каль­ма­ров с ма­ка­ро­на­ми. Еще он дол­жен был на­пи­сать Парт­рид­жу. Те­туш­ка зая­ви­ла, что бу­дет го­то­вить са­лат, не­смот­ря на то что са­лат­ные ли­стья увя­ли, а те­п­лич­ные по­ми­до­ры вы­гля­де­ли блед­но.

— Мы мог­ли бы раз­бить здесь ма­лень­кий са­дик, — ска­за­ла она. — Там мож­но хо­тя бы вы­ра­щи­вать свой са­лат. То, что про­да­ет­ся на ме­ст­ном рын­ке, про­сто не­съе­доб­но. Сель­де­рей ко­рич­не­вый от гни­ли, а са­лат вы­гля­дит так, буд­то его ки­пя­ти­ли.

— Уэй­ви го­во­рит, что смир­ния луч­ше, чем шпи­нат, — ска­зал Ку­ойл. — И ее мож­но со­би­рать здесь, на по­бе­ре­жье.

— Ни­ко­гда о ней не слы­ша­ла, — ска­за­ла те­туш­ка. — Да­вай по­про­буй, — до­ба­ви­ла она и по­шла ис­кать под­хо­дя­щее мес­теч­ко для гряд­ки. Са­лат мож­но са­жать в лю­бое вре­мя. Она еще по­ду­ма­ла, что не­пло­хо бы­ло бы за­вес­ти соб­ст­вен­ный пар­ник.

День вы­дал­ся те­п­лым. С за­ли­ва дул лег­кий ве­тер, во­да по­кры­лась ря­бью. Вдох­нув за­пах вско­пан­ной поч­вы, те­туш­ка ощу­ти­ла вол­ну ме­лан­хо­ли­че­ской гру­сти. Ку­ойл на­ню­хал­ся крас­ки до го­лов­ной бо­ли.

— К нам кто-то идет, — ска­за­ла те­туш­ка, опершись о ло­па­ту. — Кто-то идет по до­ро­ге.

Ку­ойл по­смот­рел в ту сто­ро­ну, но ни­че­го не уви­дел.

— Где?

— Сра­зу за кус­та­ми с по­ло­ман­ны­ми вет­ка­ми. Кста­ти, их по­ло­мал буль­до­зер.

Они вгля­ды­ва­лись в сто­ро­ну фаб­ри­ки и в до­ро­гу, иду­щую в том на­прав­ле­нии.

— Я точ­но ко­го-то ви­де­ла, — ска­за­ла те­туш­ка. — Ка­ко­го-то муж­чи­ну. Я рас­смот­ре­ла его кеп­ку и пле­чи.

Ку­ойл вер­нул­ся бы­ло к сво­ей бан­ке с крас­кой, но те­туш­ка про­дол­жа­ла смот­реть в ту сто­ро­ну, в кон­це кон­цов во­ткну­ла ло­па­ту в зем­лю и по­шла к кус­там. Там ни­ко­го не бы­ло. Но она за­ме­ти­ла сле­ды ры­бац­ких бо­ти­нок, ко­то­рые рез­ко ухо­ди­ли в сто­ро­ну, на ло­си­ную тро­пу. Она вро­де бы ве­ла к бо­ло­там со стоя­чей во­дой цве­та креп­ко­го чая и кус­тар­ни­ку с ко­жи­сты­ми ли­сть­я­ми.

Она за­таи­ла ды­ха­ние и ста­ла ис­кать сле­ды со­бачь­их лап ря­дом с до­ро­гой. Ее ох­ва­ти­ли со­мне­ния.

— Это на­вер­ня­ка ста­рик, — ска­зал Ку­ойл. — Боль­ше не­ко­му.

— Ка­кой ста­рик?

Бил­ли Прит­ти на­зы­ва­ет его «ста­рым Ку­ой­лом». Го­во­рит, что он не про­стой ста­ри­кан. Не за­хо­тел ухо­дить из Оп­ро­ки­ну­той бух­ты и ос­тал­ся там один. Бил­ли счи­та­ет, что он, мо­жет быть, не­мно­го зол на нас, по­то­му что счи­та­ет, что мы жи­вем в его до­ме. Я те­бе рас­ска­зы­вал об этом.