Майк Телвелл - Корни травы

Но в конторе его ожидало вовсе не начальство, а какой-то долговязый черный, которого Жозе никогда не видел раньше, с чуть вытянутым умным лицом. Глаза спрятаны за темными очками.

—Хосе Смит, сэр, — сказал капрал, бодро от салютовав и пристукнув каблуком по асфальту.

Человек сидел за столом начальства и просматривал досье.

—Спасибо-капрал-больше-ничего-не-требуется, — не поднимая глаз, протянул он с надменной монотонностью отличника школы.

Так это полиция, подумал Жозе, изучая его костистое лицо и одежду изящного покроя. Наверняка полиция, кто еще? Вид у него что надо, парень твердый. Инстинкт подсказывал Жозе быть крайне осторожным, поэтому он стоял, ничего не говоря, и, притворившись, что пристально смотрит в направлении стены, украдкой изучал мужчину, который наверняка смотрел на него из-за стекол темных очков. У него много времени? У меня тоже много времени — полгода, подумал Жозе. Кто он все-таки? Точно полиция, полицейский Звездный Мальчик. Что ему, интересно, от меня надо?

Единственный звук в комнате исходил от большого кондиционера, с гудением лениво толкавшего своими лопастями застоявшийся воздух.

—Ты знаешь меня? — Внезапный вопрос ошарашил Жозе.

—Нет, — пробормотал он.

—Нет кто?

—Нет, сэр. Нет, СЭР.

—А я тебя знаю. В мои дела входит знать таких, как ты. Джозеф Смит, номер 07116. Мелкий криминал из Западного Кингстона. Чтобы быть совсем точным — из Тренчтауна.

Жозе ничего не ответил. Пусть оскорбляет меня, подумал он. Он посмотрел на мужчину и сладко улыбнулся.

—Сколько ты уже сидишь?

Жозе бросил взгляд на досье и поднял брови, словно говоря: ты что читать не умеешь? Подождал довольно долго, чтобы показаться дерзким, но не переборщить, и ответил скромно:

—Пять лет, сэр, пять лет и пять месяцев.

—За что сидишь?

Жозе промолчал.

—За что сидишь? — повысил голос мужчина, сжав губы.

—Говорят, украл какой-то мотоцикл, сэр.

Мужчина ухмыльнулся.

—Говорят? Тебя взяли в стельку пьяного, когда ты ехал на мотоцикле, так ведь?

Жозе, стараясь быть на высоте, сделал серьезное лицо.

—Неправда?

—Правда, сэр, — пробормотал он, — но…

—В следующий раз, когда будешь воровать мотоцикл, — сказал мужчина голосом, в котором прозвучал смех, — убедись предварительно, что он не принадлежит сыну комиссара полиции, ладно?

—Да, сэр.

—Как закоренелого преступника и возмутителя спокойствия тебя приговорили к шести годам тяжелого труда. Тебя выпустят отсюда ровно через шесть месяцев, не скостив ни одного дня за хорошее поведение, так или нет?

—Так точно, сэр.

Скажи мне что-нибудь, чего я не знаю, подумал Жозе. Так вот что значит: «Задай мне загадку, задай мне две, дай мне отгадку или же нет».

—Ладно, Жозе, дай-ка я вот о чем тебя спрошу. — Голос мужчины стал доверительным, почти интимным. — Дай-ка я тебя спрошу — чему ты здесь научился, а? Всему?

—Да, сэр, — сказал Жозе, смотря прямо перед собой. — Я научился ремеслу, сэр.

Мужчина чуть улыбнулся и посмотрел на него задумчиво и игриво.

—Ремеслу, говоришь, научился, гм-м? Я скажу, чему ты научился, — ничему, ровным счетом ничему. Через тебя проходит вся торговля ганджой в тюрьме. Ты и твои мальчики занимаются лотереей. Лотерея в тюрьме строгого режима на деньги заключенных? Этому ремеслу ты научился?

—Нет, сэр, — ответил Жозе, испытав немалое потрясение. Он внимательно наблюдал за этим человеком. Что ему от меня нужно? Пока же он понял, что, прежде чем он покинет эту комнату, он оставит здесь что-то очень важное. Он не догадывался еще что именно, но понимал, что что-то потеряет.

—И та и другая деятельность, Смит, находятся в противоречии с законом, в частности — с тюремными правилами и установлениями. Если я не ошибаюсь, Смит, ты просишь, чтобы тебе сократили срок на шесть месяцев за примерное поведение? Что ж, Смит… — Мужчина поднял брови и бросил на Жозе хмурый взгляд поверх темных очков.

Чертов комедиант, подумал Жозе, чего он хочет? Что ему на самом деле надо?

—Сократить срок за примерное поведение? А не правильнее ли набавить тебе еще лет шесть, и тем самым уберечь от тебя общество?

—Нет, сэр, что вы, сэр… — тревожно прозвучал голос Жозе.

—Не перебивай меня, Смит. Как понимаешь, мы прекрасно можем это сделать. Но вместо этого я прибыл сюда для того, чтобы сообщить тебе, что твое ходатайство удовлетворено. Удивительное дело, не правда ли, Смит? Тебе прощают шесть месяцев за примерное поведение. А теперь, скажи-ка мне, почему происходит столь серьезное нарушение закона? Конечно, не потому, что ты сумел обмануть власть, а потому, что ты мне нужен. И нужен на свободе, на улицах, в Тренчтауне, а не здесь, где ты только жиреешь на государственных харчах.