Бернард Вербер - Звездная бабочка

— Санкции? Но кто станет приводить их в исполнение?

— Полиция. Нам придется учредить полицию. Мы не можем больше рисковать и полагаться только на то, что энтузиазм поможет людям сдерживаться. Нужно добавить к нему страх перед наказанием, иначе вскоре все рухнет, и, едва выйдя из периода невинности, мы незаметно попадем в начало эпохи варварства.

Элизабет Малори, продолжая целовать ребенка, как будто стремилась зарядить его любовью, повернулась к собеседникам.

— Во что ты верила, Джослин? Что люди на протяжении тысяч лет будут только улыбаться друг другу и между ними не произойдет ни малейшего конфликта?

— Да, я на это надеялась. Я в самом деле полагала, что без денег, без частной собственности, без брака, без алкоголя, без налогов и правительства и сработает.

— Настала пора… Хотела сказать «опуститься на землю», но правильнее будет выразиться «вернуться к реальности». Мы всего лишь люди.

Элоди вновь принялась лепетать. Трое спорщиков обменялись взглядами, и Элизабет решительно заявила:

— Вот звездное дитя, но её поколение не составляет большинства пассажиров. Мы с вами- бывшие земляне, нам только предстоит стать новыми людьми космоса. Джослин Перез скорчила разочарованную гримасу.

— Нам потребуется созвать совет мудрейших для создания конституции. Впятером этого сделать не удастся. Элизабет положила младенца в кроватку и, не подумав, предложила Джослин стакан со спиртным напитком, который мэр решительно отвергла. — Итак, конституционное собрание из мудрецов. Что еще? — спросил изобретатель. — Нужно предусмотреть множество тюремных камер. Быть может, около сотни. Будут и другие преступления.

Задумавшись, Ив произнес фразу, которую он бы хотел никогда не говорить вслух:

— Разве единственная причина, по которой необходимо иметь пустые тюремные камеры, не состоит в том, что их предстоит наполнить… (Он спохватился). Мне кажется, мы опять начинаем идти по старому пути, который привел человечество в тупик. Неужели нет какого-либо другого решения?

— Это необходимое зло, причем меньшее из возможных. Худшим представляется появление у нас преступников, не понесших заслуженного наказания. Ведь тогда мы придем к анархии, — заметила Элизабет.

— Я был анархистом. Я всегда мечтал о мире без полиции и правительств, — ответил Ив.

— Это лишь мечта. В реальности это используют к своей выгоде обманщики и маленькие диктаторы. Убедившись в своей безнаказанности, они силой устанавливают собственные законы, — напомнила Крамеру подруга.

— Таким образом, нам в ближайшее время придется организовать «правительство».

Изобретатель произнес это слово с таким отвращением, как будто речь шла о каком-то гадком кушанье.

Я не вижу другого варианта, — отчетливо проговорила Джослин Перез.

Ив Крамер ударил кулаком по бамбуковой стене.

Почему мы неизменно оказываемся в плену одних и тех же схем?

— Натуру человека так легко не изменить, — сказала Элизабет, укачивая дочку.

— Все мы получили от других людей систему параноидальных представлений о действительности.

Родители, школа, место работы и телевидение держали нас под прессом на протяжении всей нашей молодости, загоняя в некую форму. От этого легко не избавишься. Даже многолетнее космическое путешествие не может изменить программу поведения, заложенную столь глубоко. Или для достижения этой цели следовало бы промыть мозги пассажирам «Бабочки», чтобы они забыли все. Пусть они станут чистыми, свободными от насилия, которое они видели и терпели. Пусть ни у кого из них не останется ни тени воспоминания даже о порке, перенесенной в далеком детстве, ни капли боязни темноты или волков.

— А я верю в будущее поколение, — заявила Элизабет, целуя Элоди. — Нужно потерпеть. Мы попытаемся воспитать их так, чтобы внушить им желание быть счастливыми.

— Не только, — сказал Ив. — Потому что, если я правильно понял, достаточно одной паршивой овцы, пораженной вирусом насилия, чтобы заразить все стадо.

В конце концов Джослин Перез налила себе стакан спиртного напитка и выпила его залпом.

— В том-то все и дело, что наш опыт уникален. У нас впервые появилась возможность попытаться изменить старинные правила. Но для этого нам на первом этапе нужно сохранить некоторые из них. К их числу относятся конституция и закон, а также правительство и полиция. Эти правила останутся в силе до тех пор, пока мы не достигнем совершенства и не сможем жить без руководителей.