Александр Бушковский - Праздник лишних орлов [сборник]

– Зачем?

– Сейчас узнаете!

Мы спрятались за забором, и спустя две-три минуты земля задрожала, а из-за поворота появился красный трамвай с рогами-ромбами до проводов. Впервые увидев трамвай, мы с братом восхитились. Гудя и позвякивая, он прогрохотал мимо, и мы помчались смотреть, что же стало с нашими монетами. Такого я не ожидал! Монета стала плоской, гладкой, блестящей и намного больше в размере. Да еще горячей. Герба Советского Союза совсем не стало видно, и лишь на обратной стороне еле различалась цифра пять.

– А у меня только полмонеты сплющилось, – расстроился мой брат.

– Так еще лучше! – успокоил его Рамзан. – Сейчас снова трамвай поедет, ты опять клади, она будет овальной, как блесна. Можно на этом же трамвае ехать в Черноречье, на море, и там рыбу ловить.

– У вас в городе еще и море есть? – окончательно поразился я.

Рамзан важно кивнул:

– Искусственное! Люди сами делали. Называется Грозненское водохранилище!

Гуляя как-то вместе с Мишкой и Рамзаном по дороге, мы столкнулись с несколькими мальчишками из соседнего квартала. Они появились из-за угла и направились прямо к нам. Их было много.

– Эх, мало нас! – с сожалением заметил Рамзан. – А драпать неохота. Лезьте на дерево, – приказал он нам с братом. – Вас хоть и не знают, все равно пристанут, мы все время деремся против них.

Мой брат залез на абрикосовое, Мишка за ним, а мы с Рамзаном – на большое тутовое дерево. Стоя внизу, мальчишки что-то кричали нам на своем языке, а Рамзан отвечал им, видимо, обидно и язвительно, потому что они стали кидаться в нас лежащими на земле абрикосами. Особого вреда эти мягкие желтые плоды нам не принесли, а мне со страху даже было не очень обидно. Побродив вокруг и подождав еще немного для порядка, мальчишки ушли, а мы слезли с деревьев и быстренько вернулись в свой квартал.

– Что они кричали? – спросил я у Рамзана.

– Сказали, что это ихний квартал и чтоб мы забыли сюда дорогу. Спрашивали, кто это со мной, и называли всех нас трусами.

– А что ты им ответил, почему они так разозлились?

– Сказал, что мы будем гулять, где хотим, а вы наши друзья и гости. А еще сказал – если они такие смелые, пусть попробуют залезть на наше дерево.

За эти жаркие дни и теплые вечера мы с нашими новыми друзьями облазили все соседние дворы и сады, а Мишка и Рамзан знакомили нас с другими мальчишками. С младшими и старшими братьями, с друзьями и соперниками. С ингушами, аварцами, русскими, чеченами и кумыками. Я запоминал названия национальностей больше из-за того, что в каждом дворе мальчишки увлекались чем-то своим. Два взрослых брата-аварца из нашего квартала занимались дзюдо на зеленой траве своего сада. У них были настоящие белые кимоно. Они из Махачкалы приехали, сказал Рамзан, у них там, в Дагестане, много дзюдоистов, а некоторые (он перешел на шепот) даже изучают карате. Ингуши были «вольники», то есть боролись по правилам вольной борьбы. Рамзан тоже ходил бороться, а заодно учился у Мишки боксу, потому что не успевал посещать вместе с ним боксерскую школу. Почти в каждом дворе был вкопан турник и висел самодельный боксерский мешок. Но всех объединял футбол.

Город был не очень грозный. Под конец даже совсем не грозный, потому что дядя Гена позвал мальчишек из соседнего квартала сыграть в футбол с нами. Они пришли очень серьезные, мы разделились на команды. Дядя Гена руководил подготовкой к игре, смешивая русские и чеченские слова, обговаривал с командами правила. Он стал играть за соседских, а в нашей команде из взрослых был мой отец. Мы играли на дороге, кирпичи обозначали ворота. Машины были редки и почти не мешали нам. Но в разгар игры мимо проезжал грузовик, и, пока мы с нетерпением пережидали его, кто-то случайно выронил мяч. Водитель мяча не заметил, тот попал под заднее колесо и оглушительно лопнул. Не помню, какой был счет, но все так растерялись и огорчились, что согласились на ничью.

Отец немного успокоил игроков, сказав, что обязательно заклеит камеру и зашьет кожаную оболочку. Мы пошли домой, и дома я услышал, как наша Шура говорит моей маме, что уже хорошо понимает по-чеченски, а все женщины у нее на работе, наоборот, говорят теперь при ней по-русски. Может, потому, что все понимают? Но, в общем, ничего не скрывают, нормально относятся.

Мы радовались и удивлялись этому большому, красивому, бело-зеленому городу. Ходили в кино на взрослый фильм, в зоопарке видели павлинов и лам, в парке играли на автоматах в морской бой и катались на высоченном колесе обозрения. Смотрели с качающегося подвесного моста на бурную желтую Сунжу и купались в теплом Грозненском море. А самым любимым нашим занятием осталось закладывать, как мины, пятаки под трамваи.