Слоан Уилсон - Место летнего отдыха

– Который час, Кен?

Включив свет на тумбочке, он посмотрел на ручные часы.

– Четверть первого.

– Не пора ли детям уже вернуться из кино?

– Они собирались после фильма пойти на танцы в гостинице.

– А… – Кен услышал звук зажигающейся спички, и лицо Сильвии озарилось светом горящей сигареты.

– Лучше бы ты не курила в постели, – сказал он.

– Я осторожно.

– Это опасно, – возразил он, сдерживая непонятное раздражение. – Здесь не стоит курить.

– Я сказала, что буду курить осторожно! – ее голос прозвучал резко.

– Извини.

Он закрыл глаза и попытался решать в уме математические задачи – способ, который помогал ему всегда намного лучше, чем мысленное пересчитывание овец. Сквозь открытое окно доносились отдаленные звуки музыки из радиоприемника, который где-то включили слишком громко, урчание коробки передач грузовика на автомагистрали штата. Кену казалось, что прошло уже несколько часов. Было жарко.

– Кен, – прошептала Сильвия. – Ты не спишь?

– Нет.

– Сколько уже?

Он снова включил свет.

– Почти час.

– Когда кончатся танцы?

– Думаю в час.

– Наверное, скоро придут.

– Послушай, хватит беспокоиться за них! – сказал он нетерпеливо.

– Я не могу не волноваться.

– Не о чем волноваться!

– Не знаю, Кен. Они влюблены по уши. Ты не мог не заметить.

– Конечно.

– В их возрасте это не просто. Они так переживают!

– Но ведь это вполне естественно.

– Да, но я вот лежала и думала: нам надо поговорить с ними. Как ты считаешь?

– О чем? – он намеренно придал своему голосу безразличный тон.

– Не знаю. У меня такое чувство, мы должны им чем-то помочь. Мы сами прошли почти через то же самое.

– Распространять на них наш собственный опыт неправильно. Они совсем другие.

– Я знаю, но…

– Что, по твоему, мы должны им сказать?

– Не знаю. Наверное, чтобы не воспринимали все слишком серьезно.

– Думаешь, это поможет?

– Бедный Джонни так страдал последнее время. Не хочу, чтобы к этому еще что-нибудь прибавилось.

– Молли, черт побери, не способна причинить страданий!

– Не нарочно, разумеется. Иногда я сомневаюсь, знает ли она, что делает. Девушка в таком возрасте… Красота – огромная сила.

– Молли не такая!

– О, я знаю, – Сильвия смутилась. – Но они оба так молоды!

– С ними все будет в порядке, – ответил Кен.

– Который сейчас час?

– Они вот-вот придут.

Однако в два часа Молли и Джона еще не было дома, не появились они и в три.

– Проклятье, все же мне придется поговорить с этим парнем, – сердито сказал Кен. – Пора ему научиться отвечать за свои поступки!

– Не сваливай всю вину на него. Полагаю, без Молли здесь тоже не обошлось.

– С ней я тоже поговорю, – угрюмо бросил Кен. Лежа в темноте и напрягая слух, чтобы услышать звук открывающейся двери или шаги на лестнице, Кен поразился ходу своих собственных мыслей, навеянных встревоженным воображением. Перед ним предстало гротескное в своем уродстве видение Джона и Молли, занимающихся любовью, его руки на груди Молли, его губ… «Это ненормально, – сказал себе Кен. – Взрослые всегда приписывают молодым ошибки своей юности. А эти двое – невинны; они только-только вышли из детского возраста; в образе обеспокоенного отца, вызывающего в своем воображении такие фантазии о поведении своей дочери, есть что-то мерзкое».

«Однако, черт возьми, этому парню я почему-то не доверяю, – думал он. – Эта его неестественная обходительность; в конце концов он тоже Хантер; на Барта он похож больше, чем на Сильвию, он – повторение Барта».

С невероятной остротой Кен вспомнил свои ощущения, когда в давние времена он наблюдал, как Барт целует Сильвию, свое страстное неутолимое желание, свою немую ревность…

«Ревность, – думал он, яростно ворочаясь в постели, – так оно и есть: я опять ревную, а это действительно противно – отец, ревнующий свою дочь к парню, который за ней ухаживает. На самом деле Джонни не похож на Барта; по-видимому, я не хотел бы видеть рядом с Молли никого вообще. Несправедливо проклинать Джонни из-за его отца».

Тем не менее при одном воспоминании фамилии Хантеров у Кена сжимались кулаки. Как этот парень смотрел на Молли, как быстро отвечала она одним взглядом, когда не нужны никакие слова! Как она моментально вставала и шла за ним, когда Джон выходил из комнаты; эти долгие часы их отсутствия, прогулки по пляжу – внезапно свежие воспоминания стали принимать зловещий оттенок и вызвали у Кена чувство гнева.