Китлинский - Клан – моё государство 4

– Не в курсе. Принц мне про это ничего не говорил. Сказал только, что там сложный механизм подрыва и если разбирать, то потом не соберёшь.

– Из трёх собранных твоим мастером, одна не взорвалась.

– Он её пометил крестиком.

– Точно. Именно она и не бахнула.

– Он мне сказал, что она 50 на 50, но при попадании в металл взорвется на сто процентов. Те, кто их взял у Принца, об этом не знали.

– 8,155 мм, под какой калибр сделаны?

– 11,9 мм,- ответил снайпер.- Четыре полученные мной от Принца под него. При отделении частей 10,71 мм.

– Другими видами пользовались?

– Были стволы 12,7 мм с вылетом на 10,71 мм. Были 11,27 с вылетом на 9 мм. Эти плохие. Сразу же их забрал КБ обратно.

– А 10,63 мм?

– Это калибр ствола мастера под вылет на 8,155 мм.

– А у тебя с зарядом, под какой калибр?

– Под 11,9 мм, но ствол его раскатки. Можно бахнуть и из обычного на 11,9 мм, но до километра.

– А со ствола его раскатки?

– На два двести я сам лично пристреливал, но с усиленной оптикой.

– 10,63 мм на дальность?

– До 1800 метров.

– Кто использовал компьютер в пристрелке?

– Все. Стреляют в пластину. Каждый раз бегать смотреть на два километра заебёшься.

– Пластины?

– Стандартные.

– Кабель?

– Многожильный.

– А твой мастер, какой кабель применял?

– Два года мы с ним не виделись. Там, где я пристреливал, кабель лежит до сих пор.

– Как у него с компьютером и программированием?

– У него лады, а у меня хреново.

– Что так?

– Образование не то, да и школа у меня иная. Компьютер брали только на пристрелку, чтобы точно определить сноски, дальше всё по интуиции. Кто с собой на выстрел потащит компьютер с кабелем?

– Твой мастер!

– У него курячее сердце. Очень часто бьётся. Мы с ним соревновались. Я сам стреляю, а он с этажерки, есть такое приспособление для крепления винтовки. Так он с неё стрелял лучше меня, но в стоячую мишень, а по двигающейся попасть не мог. Я над ним подшучивал, что он, мол, надомник. Так он пообещал меня перестрелять через пару месяцев. Только я у него не был.

– Он выставил телеглаз, протянул телеволоконный кабель и с 1309 метров попал Попоничу в висок.

– Для войны не катит,- ответил снайпер.- Ну, если только банкирам в головки садить, тогда в самый раз.

– Ты детдомовец?

– Я!!!- в голосе снайпера было удивление.- Нет.

– Интернат?

– Что я там забыл?

– Мать и отец есть?

– Мама. Отец погиб, когда мне было два года. Он был пожарным. А что, Принц сделал меня сиротой?

– А у меня нет от него данных. Если б ты на меня не вышел, я бы тебя не сыскал. Почему ты пришёл?

– Так ваши объявили меня в розыск. Криминальные, банковские. Информация ко мне мигом долетела, но искать стали в стороне. Почесал я затылок и решил малость выждать. Поймай вы мастера, вышли бы на психушку, но от него ко мне ходов нет.

– Когда ты последний раз навещал мать?

– Неделю назад. Да нет. На неё никто не сможет выйти.

– Ну, а как тогда трое твоих коллег попались?

– Валерий Дмитриевич, я никогда ни от кого не прятался. Жил под чужими бумагами, так их Принц готовил, работа требовала, но моё лицо знают сотни людей. Афганистан, Сомали, Ливан, снова Афганистан, Босния, Карабах, снова Босния. Это страны, где воевал. Где убивал по приказу, не стану освещать, но это ещё два десятка стран.

– В Ливане как ты оказался?

– В июне 1982 года перекинули нас на самолёте в Дамаск. Оттуда машиной доехали до Бейрута. Я воевал в составе интернационального батальона. Мы обороняли полосу между посольством Франции и национальным музеем Бейрута. Обычная уличная война.

– Ранений много?

– Ни одного.

– Так почему ты на меня вышел?

– Сам не знаю. Наверное, интуиция. Устроит?

– Меня вполне устроит.

– На том и остановимся.

– Что ты собираешься дальше предпринять?

– Данные, что вы принесли, обмеркую, дальше видно будет.

– Могли у Принца подхватить архив?

– Тогда бы мы с вами не увиделись. Грохнули б меня.

– И при условии, что данные утащили из секретки, ты тоже покойник. Так?

– Может быть фактом,- они вышли к небольшой станции.- Заряды вам отдать?

– Оставь себе,- Пороховщиков махнул рукой.- У тебя есть, на чём отсюда убраться.

– Есть.

– С деньгами как?

– Не нуждаюсь.

– В хранение возьмешь?

– Смотря сколько.

– Десять миллионов долларов.

– Такую сумму могу.

– А больше?

– Нет. Для наличных это предел.

– Вон под тем кустом,- Пороховщиков указал направление.- Сутки назад присыпал листвой.