Китлинский - Клан – моё государство 2.

– Ага! Отсидишься там, дядя Алексей вмиг накроет. Этот номер не пройдёт,- произнёс Сёмка.

– Тогда сниму вас с маршрута,- Сашка щёлкнул пальцами.- И будете за мной до самых Ходорок скорость держать, но чур – не реветь. Я за вас поручусь, а если выгонят, возьму в свою, только у меня такие подвохи не проходят.

– А у тебя где школа? В Тибете?- спросил Андрюха, ему в Тибет не хотелось.

– Нет, тут, но южнее. Там Проня командует. Знаете такого?

– Знаем,- ответил Сёмка.- Ну что, Андрюха, бум бежать?

– Бум, выхода нет. Опять же, пять дней ягоды жрать прошлогодние не хочется. Но уговор,-стал торговаться Андрюха, он был старше Сёмки на год.- Про сейф, печати при любом исходе – молчок. Мы клятву дали, не наш промысел.

– Согласен,- Сашка стал собирать палатку. Пацаны ему помогали.

Полчаса карабкались вверх по скале, выбирая безопасный маршрут. Камни были влажными и сильно скользили. Наверху посидели минут двадцать, завтракая Сашкиным сухим пайком и наблюдая реку с высоты, после чего Сашка встал и ходко двинулся в сопку, мальцы пристроились за ним. Он шёл не оглядываясь, обходя рыхлые снежные проплешины, в них вязли ноги и промокали сапоги. Малым это было не на руку – тем удлинялся путь – но они, скрипя зубами, упрямо следовали сзади не отставая.

В Ходорки пришли в восемь часов вечера. На подходе Сашка стал снижать скорость. Заметив это, Сёмка с красным от напряжения лицом прохрипел:

– Без поддавков.

После чего Сашка вынужден был прибавить ходу.

Встретил на входе в школу, живший при классах, дед Поликарп, выполнявший роль коменданта. С Сашкой он был знаком.

– Что! Попались?- радостно крикнул дед Поликарп.- Где ты их, Санька, прихватил?

– На троллейбусной остановке стояли,- ответил Сашка.

Мальцы прыснули беззвучным смехом, сваливаясь на завалинку одного из домиков.

– А ты всё такой же, всё шутки шутишь,- недовольно произнёс дед Поликарп, сходу обидевшись на Сашку.

– Слушай, дед Поликарп, в наших местах билет покупать не надо – в лесу живём. И там, где я их усмотрел, такие же сосны и лиственницы, как и тут. И что тебе за дело, в скольких километрах отсюда я их подобрал?

– Так ведь нет никого, все в бегах,- дед нахмурился.

– Поликарп Егорыч, ты брови не сдвигай, мне твоя обида до одного места. Говори, где народ, и больше не спрашивай ни о чём,- отрезал Сашка.

– Весь ты в отца. Он был крут немало, и ты туда же,- окончательно обиделся дед Поликарп.

– А потому я крут, что ты языком не по делу метёшь. Вот уж восемь десятков тебе стукнет десятого июня, и вырос ты в тайге и прожил в ней всю жизнь, но закона не чтишь: встречаешь вопросами вместо того, чтобы чаем напоить с дороги.

– Дак он горячий, идите в дом,- сказал дед Поликарп, но лицом чуть обмяк: ему было приятно, что Сашка помнит его день рождения.

– С того бы и начал,- Сашка двинулся в домик, малые тоже не стали ждать особого приглашения, шмыгнули следом.

Дед Поликарп был от природы скуповат. Скупость – не порок, если она в меру, но меры у Поликарпа Егорыча не было, от того он и оказался тут в Ходорках, и школа сидела на строжайшем бюджете. Зная это, Сашка вытащил из рюкзака свои харчи, стал нарезать и открывать банки, не рассчитывая ни на что, кроме чая. Пацаны накинулись на еду, роняя крошки.

– Не спешить,- предупредил их Сашка.- Никто не гонится. Медленно поглощайте и не сильно объедайтесь, а то животы сведёт.

Набитый рот Сёмки произнёс в ответ:

– Мне дохтур сказал, что мой желудок и железо сварит.

– Тогда лопай, но запивай, не жри всухомятку,- Сашка налил в две большие кружки чай и поставил перед пацанами. Вытащил флягу и стал отвинчивать пробку. Дед Поликарп, быстро сориентировавшись, поставил четвёртую кружку на стол и присел напротив.

– На халяву уксус сладкий,- сказал Андрюха, как бы невзначай.

– Цыц, пострел, помолкни,- одёрнул его дед Поликарп.

Сашка налил в свою и деда Поликарпа одинаковое количество, завинтил пробку и спрятал флягу во внутренний карман куртки. Поднял кружку, чокнулся с дедом и выпил, чуть прополоскав рот. Дед Поликарп глотнул, поперхнулся и выплюнул содержимое обратно в свою кружку.

– Не впрок халява,- опять подначил Андрюха.

Дед Поликарп отдышался и укорил Сашку.

– Что ж ты не попередил, что это спирт, я думал водка. Я водочку больше люблю.

– Ну, звиняй, Поликарп Егорыч, в другой раз тебе водочки поднесу. Ноне в продмаге нету.

– Я думал, ты из зарубежу.

– Из тайги я, как Париж выглядит, уже забыл,- Сашка подмигнул пацанам.